Чехов 7. Императорская охота

За исключением случая, когда добровольцы из аристократов вызываются сражаться на стороне семьи, которая бьется в меньшинстве. Эти добровольцы определяются с решением выступить на стороне семье на инструктаже до начала дуэли. В случае проигрыша они несут потери наряду с теми, кого защищали. После инструктажа любое вмешательство в Императорскую Охоту строго запрещено. Сторона может в любой момент дуэли признать себя проигравшей, сесть за стол переговоров, и при достижении компромисса бой будет прекращен. Правила ясны?

Тимофей окинул цепким взглядом нас, и Минин-старший кивнул:

— Понятно, — повторил за ним мой отец.

— Хорошо. Семья Чеховых прибыла на разбирательство в меньшинстве. И, согласно дуэльному кодексу, я должен спросить у собравшихся, желает ли кто-то встать на сторону Чеховых, чтобы уравнять шансы?

Он обернулся к стоящим неподалеку аристократам. Те оглядывались, не надеясь на то, что кто-то отзовется.

Послышавшийся знакомый голос оказался неожиданностью не только для меня и отца, но и для многих старых семей.

Из толпы вышел Иванов,облаченный в светлый дорожный костюм. Он выглядел немного смущенный вниманием аристократов. Но прошел к нам и встал рядом:

— Молодому Шуйскому похоже надоело жить, — послышался удивленный голос.

— Какой смелый мальчик, — с интересом произнес кто-то в толпе.

— Никак вам жить надоело, мастер Шуйский? — едва слышно произнес я.

— Без вас я бы не стал князем, Павел Филиппович, — так же тихо ответил мне Дмитрий.

— Вы встаете на сторону Чеховых по своей воле, князь Шуйский? — уточнил Император и Иванов кивнул:

— Да, великий мастер.

— И вы понимаете, что можете потерять все, если семья проиграет.

— У меня останется моя честь, — парень вскинул подбородок, напомнив своего отца. Кажется эта мысль посетила и Императора. Он уже совсем иначе взглянул на Дмитрия. Между его бровей залегла складка, а глаза потемнели.

— Да будет так, — твердо ответил Станислав Викторович и отвернулся.

— Услышано, — произнес Тимофей.

— Еще у кого-то есть какие-либо заявления пред тем, как начнется охота? — уточнил Император.

— Есть, — послышался из толпы очередной знакомый голос.

Собравшиеся расступились, и вперед вышел Александр Морозов. Его встретили гробовым молчанием.

— Ни для кого не секрет, что я долгое время жил один, — начал глава кустодиев, обращаясь к Императору.