Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

И я шагнул к проему.

— Вашество! — вырвалось у Фомы.

Парень едва сдерживал превращение. Но я резко мотнул головой и уверенно скомандовал:

— Охраняйте Белову, Фома Ведович. С ней не должно случиться беды.

— Она будет за нашими спинами, — возразил Питерский.

— Это приказ, — я нахмурился. — Если она погибнет, я не прощу себе.

Шаман задвинул Белову за спину и мрачно пообещал:

— Она не пострадает.

К моему удивлению, моя сила вела себя не так, как обычно. И вместо выгорания тотемы генерировали столько силы, что меня буквально разрывало от ее количества.

Коридор представлял из себя ужасное зрелище. Пол и стены, выложенные кафелем, были заляпаны красным. Видимо, зомби не особо церемонились с живыми, буквально разрывая их на куски. Поэтому многие тела были сильно изуродованы. Я протянул руки, и те мертвецы, кто мог продолжать бой, начали подниматься. Неуклюже зашагали к выходу, где за спинами моих миньонов слышались крики монархистов. Армия нежити выдавливала живых, уничтожая миньонов и людей.

Следуя за мертвецами, я вышел во двор. Взмахнул рукой, и трупы остановились. Монархисты же попятились от армии зомби, которую вел перемазанный красным Минин.

Я шагнул вперед, окутав себя костяным щитом. Поинтересовался:

— Вы звали меня? Ну, вот он я — некромант, которого вы ждали. Этого вы хотели? Это призывали, глупцы?

Голос оказался громким. Он расслаивался, будто вместо меня говорили сразу несколько человек. Даже для меня это звучало жутко.

— Вы устроили бунт, и к чему вас это привело? — продолжил я. — Вы только добавили себе срок. А еще на ваших руках смерть жандармов.

Десяток жандармов, которые сломанными куклами лежали во дворе, вдруг зашевелились и принялись подниматься на ноги, вливаясь в мою армию.

— Все оставшиеся живыми с этого двора будут завидовать мертвым. Выживших отправят на бессрочную каторгу, господа, — продолжил я вдохновенно.

Сила распирала меня. Она жгла меня изнутри, пытаясь высвободиться. И я выпустил ее. И меня будто бы окутало бархатной тьмой. А на душе разом стало спокойно и прохладно.

В рядах монархистов послышался вой страха. Противники рассеялись по двору как раз в тот момент, когда за их спинами послышался топот и крики. А затем, чей-то веселый голос произнес:

— Эй, шпана, у нас на блоке так не хулиганят.