Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

А вы уверены, что это добрый знак? Может, это намек какой, вашество? — уточнил Фома.

— Какой обычно лихие люди делают. Я в газете читал, что одному человеку на порог подбросили свиную голову. А другому тухлую рыбу прислали с доставкой.

— Врут! — фыркнул Василий. — Вот сами посудите: ни один разносчик не стал бы тащить рыбу или голову свинячью.

— За деньги и не такое принесут, — возразил Питерский и насупился.

— Вряд ли Рипер стал бы намекать на что-то подобным образом, — заметил я.

Помощник неожиданно втянул носом воздух, затем поморщился и громко чихнул.

— Нехорошая это вещь, которая в коробке, вашество…

— Я уже это говорил. И даже показывал, — ответил за меня Козырев. Но в голосе призрака я не услышал привычной иронии. Будто Василий пытался произвести впечатление на Фому. Но на деле он словно побаивался моего слуги, потому как вдруг начал мерно мерцать.

— Это проклятый предмет, — продолжил слуга. — Одушевленный.

— Как тот деревянный человечек, который едва не устроил разлом в нашем доме? — напрягся я.

Фома замешкался. А затем ответил:

— Ну, не совсем… Я чую, что эта штука куда страшнее.

Я отшатнулся, словно передо мной на столе лежала ядовитая змея. А в следующее мгновение в голове у меня раздался едва различимый шепоток, который уверял, что колпак совершенно безопасен.

«Только прикоснись, некромант. Попробуй… испытай себя… ты не пожалеешь. Мы сможем многое… Тебя станут слушать, чтить. Тебя будут боготворить. Я сделаю так, что каждое твое слово станет чьей-то молитвой…»

Голос внутри моей головы становился все сильнее и громче.

Голос Фомы привел меня в чувство, и я резко вздрогнул. Парень обеспокоенно нахмурился.

— С вами все хорошо? Наверно, вы слишком устали сегодня. Надо бы вам отдохнуть, а штуку эту давайте-ка уберем куда подальше.

— Лучше показать колпак Морозову, — заключил я, пытаясь унять дрожь в пальцах. Быстро закрыл коробку, перевязал ее скользкой атласной лентой, которая никак не хотела складываться в бант.

— Дак, выгнать ее никогда не поздно, — пробасил Питерский. — Надобно?

— Обязательно, — решительно ответил я и вынул из кармана телефон.

Слуга развернулся и направился к дверям. Я же отступил подальше от стола, на котором в торжественной тишине стояла проклятая коробка. Мне казалось, что стоит прислушаться, как в ушах вновь зазвучит этот жутковатый шепот.