Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

Но я быстро откланялся, сославшись на дела в городе. Услышав это, хозяин поселка покачал головой:

— Вы все спешите, молодой человек, — произнес он. — А напрасно! Было бы неплохо, если бы наши гости встретили вас. Им не помешало бы знакомство и беседа с хорошим человеком.

— Не уверен, что могу называть себя таким, — честно ответил я.

— Вы беспокоитесь, что разочаруете кого-то, если вас будут считать хорошим? — с интересом уточнил мужчина.

— Я знаю, что в каждом человеке есть как светлое, так и темное, — подумав, ответил я.

— И точно осознаю, что обладаю и тем и другим. Но мне не хочется, чтобы от меня ждали чего-то одного и отрицали второе. Сейчас в Петрограде обо мне ходят слухи. Говорят, что я добрый и порядочный. А что случится, когда мне придется защищать кого-то, кого подданные Империи сочтут злодеем? Если я помогу злодею остаться на свободе?

— Вас простят, — предположил Михаил Сергеевич.

В ответ я усмехнулся:

— Даже если я не буду ощущать себя виноватым? Моя работа — защищать людей, и не всегда мои клиенты будут порядочными.

Один мудрый человек сказал мне однажды: те, кто так рьяно чествует меня сегодня, с таким же азартом будут бросать в меня гнилые помидоры завтра.

— Может оно и так, — кивнул Сосновцев. — Но народ по природе своей добр. Помните об этом. И даже если не будете испытывать вину — признайте ее. Сильного забросают камнями, а вот слабого пожалеют. В народе говорят, что «повинную голову меч не сечет». И вам будет достаточно опустить взгляд и покаяться.

Я пожал плечами и продолжил за него:

— Или же стать настолько сильным, чтобы никто не посмел бросить в меня камень.

— Знаете, Павел Филиппович, лаской и добротой можно добиться большего, чем болью и угрозами.

— Недавно на моих глазах поймали беглого парня. Его связали блокирующей силу веревкой, а потом всыпали розг… — Я покачал головой. — Вы сами предпочитаете использовать кнут, а не пряник.

— Мастер Чехов, вы увидели лишь одну сторону монеты и решили, что все сразу поняли. Поверьте, здесь мы не заставляем людей страдать.

Да, новеньких приходится удерживать, наказывать, вынуждать работать. Потому что иначе они не встанут на путь исправления. Только страх заставляет их делать первый шаг. Но потом все меняется.

Мы прошли по берегу реки, мимо домов с закрытыми окнами.

— Новые гости не видят здесь красоты. Они кривятся от запаха навоза, нехотя едят простые блюда, сетуют на то, что трудиться им сложно… Но спустя недолгое время они понимают, что обслуживать себя не так уж тяжело.