Чехов. Книга 12. Танец со смертью

— Нашли склеп, в котором похоронен Чернов.

— А кувалда вам зачем?

— Скорее всего, одержимый разбил этой кувалдой пол, — ответил я. — А значит, на рукояти остались его отпечатки.

— Вот оно что, — пробормотала девушка. — Выходит, не зря приезжали.

— А как вы провели время за беседой с Савельевой? — уточнил я.

— Чудесно, Павел Филиппович. Мастер Савельева рассказала мне о новой коллекции, которую сейчас разрабатывает. Идея показалась мне очень занимательной.

— Что же за коллекция?

— «Смутное время», — ответила девушка.

— Образы, интересные исторические персонажи тех лет.

— И правда, занимательно, — согласился я.

— О да. Она показывала мне эскизы. Взяв слово дворянина, что я никому не буду подробно про это рассказывать. Если все получится так, как задумала мастер Савельева, в следующем году на рынке коллекционеров произойдет самое знаковое событие. До того харизматичные вышли у нее персонажи. Буквально как живые.

— Как живые, — задумчиво повторил я

И невольно вспомнил призрачную Веру, которая уже почти обратилась в жуткую баньши.

Только чудом она получила шанс на новую жизнь. Оставалось надеяться, что она обретет счастье в ином мире.

Ехали мы молча. Каждый думал о своем. День выдался донельзя насыщенным событиями и успел нас утомить. Нечаева прильнула к моему плечу и задремала. Я осторожно придерживал ее, чтобы не потревожить сон. Прикрыв глаза, я вспомнил Мару и в очередной раз поразился тому, насколько сестры разные. И дело не во внешности. Я прекрасно понимал, что Арина в своей истиной ипостаси становилась кошкой.

Довольно опасной, насколько я мог судить, и вовсе не домашней. Ее средняя сестра Ягиня была наполовину мертвой наполовину живой, если легенды не врут. Она была пограничной между мирами. А Мара была змеицей из мира мертвых.

В деревнях ходили легенды о змеях. Говорили, что под землей живет царь полоз, а ужи и гадюки — это его супружницы. Мальчишкам не дозволялось обижать ползучих гадов. И если кого-то заставали за баловством и разрушением змеиных гнезд, то хулиган потом неделю не мог сидеть после розг.

А его родня относила на лесные алтари молоко и просила подземного царя не гневаться. Да только мне думалось, что на самом деле в другом мире обитает полоз царица.

Бабушка никогда не посмеивалась над верованиями деревенских жителей. Хотя они и шли вразрез с учениями об Искупителе. Софья Яковлевна просила меня помалкивать о ритуалах, которым я становился свидетелем в нашей летней резиденции.