Чехов. Книга 12. Танец со смертью

— Вы ведь даже не видели этого безобразия в парадной.

— Зато я точно знаю, откуда были эти цветы.

— Вы были на кладбище, где разорили клумбу? — ахнула девушка и побледнела. — Альбина не обманула.

— Уж не Крупская ли у нее фамилия? — насторожился я, вспомнив историю про похищенные простыни.

— А вы откуда знаете? — Свиридова принялась обмахиваться салфеткой.

— Я встречал эту женщину.

— Она говорила, что водит знакомства с высоким обществом, — восхищенно продолжила Свиридова, но я усмехнулся:

— Когда мы виделись в последний раз, я пригрозил этой даме, что сообщу о ее деятельности жрецам.

И поверьте, она редкая проходимка.

— Зря вы так, — смущенно пробормотала Свиридова.

— Пообещайте, что не используете полученную от меня информацию против человека, о котором пойдет речь, — попросил я.

Адвокатесса тотчас подобралась и деловито кивнула.

— Даю вам слово аристократа, Павел Филиппович.

Я же взял из стопки газет, которые Людмила Федоровна бережно складывала на оконном подоконнике, чтобы потом сделать месячную подшивку, одно из изданий.

Затем развернул первую полосу и положил газету перед гостьей.

— Это вовсе не похоже на кладбище, не так ли? — я ткнул пальцем в фотографию разоренной клумбы у памятника императора.

— О чем вы… — начала было девушка и застыла с приоткрытым ртом.

Она прочла заголовок. Затем прижала к губам пальцы и из-под них послышался странный звук, который напомнил истеричный смешок.

— Вы хотите сказать, что цветы у моего порога были…

— Не с кладбища, — повторил я с усмешкой.

— Я не стану утверждать, что тот, кто принес их в вашу парадную, обладает тонким вкусом. Но его жест многим девушкам пришелся бы по душе.

— Это же ужасно, — простонала Свиридова.

— Другие посчитали бы подобный жест очень романтичным, — заметила Яблокова с хитрой усмешкой.

— Мне ведь не пятнадцать лет, — фыркнула Елена, но выглядела при этом заинтересованной.

— В любом возрасте приятно получить внезапное внимание, — продолжила Людмила Федоровна, явно вспомнив о своих поклонниках.

— Пусть даже мужчина, который оказал вам его вовсе не герой вашего романа.

— Герой? — встрепенулась Свиридова. — Кто мог такое сделать? В моем окружении…

Она осеклась. Я заметил, как глаза девушки расширились, а затем она с силой хлопнула ладонью по столу.

— Я поняла, кто мог такое учудить! Никто другой бы не додумался. Это ведь парень, которого я встретила тут, в вашей приемной. Его зовут Гордей Михайлович.

Я был удивлен, что Свиридова запомнила имя Петрова.