Чехов книга 6. Договор на крови

— Думаю, что я вынужден отправиться на свою дачу в пригород. Там у меня найдется чем занять руки.

— А если мне совсем станет невмоготу, то я приеду и начну авансом восстанавливать вашу мебель.

— Стоит, — серьезно заявил Прохор. — Я даже отсюда вижу, что полочка для шляпок покрыта не самым лучшим лаком.

— Это я сделал, — повинился Фома. — Мне жаль, что вышло плохо.

— Ну, я бы не сказал, что плохо, — тут же сменил тон мужчина. — Вы ведь не профессионал, верно?

— Увы, — помощник развел руки в стороны.

— Я могу вас подучить некоторым секретам, если вы пожелаете.

Глаза Питерского загорелись интересом. Я понял, что Фома в восторге от перспективы чему-то научиться.

— Проводи гостя и договорись о часах, когда он сможет приходить на работу.

Пахом просиял, но вместо того, чтобы встать на ноги, он прополз к столу и принялся осматривать ножки.

Мне пришлось пожать плечами и пойти к себе.

Заседание по делу Самохвалова и Волкова было назначено на понедельник. И у меня осталось узнать еще кое-что.

Виноградова сидела прямо на столе и покачивая ногой в такт мелодии, которая доносилась из радиоприемника. Она выглядела на удивление спокойной. Хотя отчетливая отметина на ее лбу доказывала, что женщина нервничает.

— Что происходит, Любовь Федоровна? — спросил я наконец.

— Ровным счетом ничего, — она с деланным безразличием пожала плечами. — Совсем-совсем.

— А что-то должно произойти? — терпеливо уточнил я.

— Что-то должно, — кивнула женщина.

Она резко обернулась, полоснув меня торжественным взглядом.

— Знаешь главное правило порядочного человека?

Я решил не играть в «угадайку», а спросил прямо:

— Что я должен сделать?

— Вот что я в тебе люблю, Павел, так это догадливость. Но вот память тебя подводит, видимо. Иначе как объяснить, почему в нашем доме все еще нет телевизора?

Последнее слово прозвучало так мрачно, что у меня кровь в жилах застыла.

— Мы так и не заказали его…

— Ты, — поправила меня призрачная дама.

Женщина легко спрыгнула со стола и уперла руки в бока. Она ждала от меня оправданий. Но я решил, что мы можем пропустить этот этап и сразу же заявил:

— Я виноват. И готов все исправить.

— И как ты исправишь мои порушенные надежды? — воинственно уточнила собеседница.

— Подключу кабельное телевидение.

— Что это? — Виноградова тут же потеряла свой настрой и подошла ко мне поближе.