Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

Парнишка принес доску, каравай хлеба и нож.

— Давай я порежу, — предложил Стас и, не дожидаясь ответа, забрал нож.

— Гостям не положено, — робко возразил парень.

— Тут Колей кличут, — парень отчего-то покраснел.

— Коль, мне непривычно сидеть как барин и ждать пока меня обслужат. Ты уж позволь мне немного помочь.

— Если вам надо, то разрешите мне посидеть, — с готовностью предложил я. — Этот день оказался таким долгим, что я с ног валюсь.

— А вы говорили, что делов всего минут на двадцать, — хохотнул Стас.

Я отмахнулся и подошел к окну, в котором были обычные стекла.

Сквозь них был виден освещенный фонарем двор. Уже зачастил дождь, который и впрямь буквально на глазах набирал силу. Небо располосовала молния, и спустя несколько секунд послышались раскаты грома.

— Грозы тут бывают страшные, — сообщил Коля. — Над болотами твориться и вовсе жуткое. Там такие молнии бьют.

— И пожары случаются? Много деревьев сгорает от молний? — спросил я.

— Отродясь на болотах не бывало пожаров, — сообщил парень и снял с плиты большую жаровню.

— Вы наверно привыкли к другим кушаньям, господа. У нас все по-простому. Телятина, картоха, помидоры, морква и лук. Все томленое, горячее.

— Звучит вкусно, — воодушевился я.

— Вас небось в Новорильске не кормили, — хитро усмехнулся паренек и мне показалось, что он кого-то мне напоминает.

— У Синькова нам подали что-то несъедобное, — сообщил я. — А у Осенней мы откушали чай с сушками.

При упоминании сестры Двушкина парень грустно улыбнулся и кивнул.

— Она хорошая.

Девочкам с ней лучше, чем с родным отцом, — поделился мыслями Коля, вынимая из буфета тарелки.

— Он не считает девочек своими дочерями, — заметил Стас.

— Это несправедливо, — парень насупился и принялся накладывать жаркое в тарелки. — Все знают правду, но делают вид, что Авдотья и другие и впрямь сироты.

— Такие у нас в империи законы, — ответил ему Стас и подошел к ящику, на полках которого лежала стопка льняных салфеток.

— Вы не понимаете, — неожиданно вскинулся паренек.

За окном вновь полыхнуло, и свет несколько раз моргнул, чтобы потухнуть.

На мгновенье я встретился взглядом с Колей и оторопел. Его глаза отбросили желтоватые блики, словно принадлежали не человеку. Но лампы вновь загорелись, и иллюзия пропала.

Парень вернулся к своему занятию, а я продолжал смотреть на него, словно ждал, что он превратится в волка или кота. Даже пожалел, что здесь с нами нет Фомы. Помощник бы на раз понял, привиделись ли мне хищные глаза или перед нами был оборотень.