Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

Парень нахмурился, а затем уточнил:

— Думаете, что она решит предложить себя в полюбовницы Двушкину?

— Меня это не особенно удивит, — вынужден был подтвердить я. — Марфушечка ничего не умеет и вряд ли захочет научиться. Да и работать она не любит.

— Надо будет предупредить ее, что незачем лезть в это болото.

Парень тут же осекся и пояснил:

— Я имею в виду, что ничего хорошего с барином ей не светит. Он хочет себе достойного сына, а на женщин, которые рожать будут, ему плевать. А те, кто понесут дочерей и вовсе… остаются ни с чем.

Последние слова он произнес почти шепотом и тут же всполошился.

— Заболтал я вас, господин. Надо посуду убрать, а потом проверить везде ли окна прикрыты.

Коле не удалось скрыть нервозность и сбить меня с толку. Я встал со стула и повернулся к нему. Затем скрестил руки на груди и вкрадчиво поинтересовался:

— А как так получается, что все дочки Двушкина оказываются сиротами? Неужто ни одна из девиц, из тех, что понесли, не захотела оставить себе дитя? Не пожелала дать дочке свою фамилию, а не обрекать несчастную на судьбу безродной?

— Вам лучше спросить об этом у Никона, — не оборачиваясь сказал паренек.

— То есть никто из его любовниц не забрал ребенка. Ни одна, — проговорил я словно сам для себя. — Отправили детей в город на воспитание, а затем нашли смерть на болотах. И все они плохо относились к мальчику.

Картина в голове начинала складываться. Правда, все мной представленное не поддавалась логике. Но это был единственный вариант, который мог ответить если не на все вопросы по убийствам, то на большинство.

— Все так, — согласился Коля, и тут же замолчал, запоздало поняв, что сболтнул лишнего. Но я уже хитро взглянул на него, а затем уточнил:

— Выходит, ты и есть тот самый сын барина?

Парень обернулся и испуганно посмотрел на меня.

— Все хорошо, — успокоил его я. — Мы пришли с миром. И просто хотим поговорить по поводу вашего отца.

Коля вздохнул, а затем все же кивнул:

— Двушкин — мой папенька. Вы верно подметили, мастер некромант.

Последнюю фразу он произнес с явным любопытством. И я ответил:

— После того, как заметил твои сапоги. Они шились по ноге для своего владельца и вряд ли за кем-то донашивались. Такая обувка дорого стоит.

Парень покачал головой:

— Наблюдательный вы, — с восторгом произнес он.

— Если быть честным, до самого конца я не был уверен, — признался я. — Но после того как ты подтвердил мои предположения, последние сомнения отпали.