Чехов. книга 9. Старое зеркало

Фома же направился заваривать чай.

— Очень хорошая идея создать отдел по старым эпизодам, — одобрил я. — Преступники должны быть наказаны. Рано или поздно.

— Странно слышать такое от адвоката, — усмехнулся товарищ Берова. Я взглянул на него, отмечая дорогую обувь и хорошую стрижку. Мужчина сидел, откинувшись на спинку кресла и, скрестив руки на груди, пристально рассматривал меня.

— Почему? — удивился я.

— Ну, насколько мне известно, именно вы развалили дело Гордея Петрова.

— И навел жандармов на след настоящего убийцы, — ответил я, и незнакомец холодно усмехнулся.

— Видите ли, Павел Филиппович, — протянул он после недолгой паузы. — Вне стен лицея все работает немного по-другому, чем вы себе представляете.

— Может быть, — не стал спорить я. — Но по моему скромному мнению вы не знаете, что я способен представить. Видимо, вы не берете в расчет, что мой отец большую часть жизни служил в отделении охранки. А бабушка была судьей. Я воспитывался в семье, где принято уважать закон. И я полагаю, что все должны его соблюдать.

Незнакомец недоверчиво хмыкнул и покачал головой. Фома подошел к столу и разместил перед нами поднос, на котором стоял заварочный чайник и три чашки. И я заметил, как незнакомец подозрительно покосился на моего слугу. Поморщился, но промолчал. Сам налил чай в чашку, взял ее, и сделал небольшой глоток:

— Отличный напиток, мастер Чехов, — оценил он.

— Стоит благодарить моего помощника. Он всегда выбирает лучшие сборы, — заметил я, наливая чай в свою чашку.

Гости не ответили, явно не ожидая, что придется говорить что-то хорошее слуге.

— Итак, могу я узнать, почему вы решили искать пропавших именно в моем доме? — полюбопытствовал я и сделал глоток.

— Я не могу разглашать эту информацию, — развел руки Беров. — Вы сами говорили, что делать все нужно по закону. А это, увы, тайна следствия.

— Которая основана на слухах, что в моем доме живет призрак? — настаивал я, и Беров кивнул:

— Вы запустили изменения в законодательстве, — ответил он. — И теперь жандармы могут рассматривать в качестве подозреваемых даже призраков.

Я кивнул, соглашаясь со словами гостя:

— Теперь в жандармерии грядут большие перемены.

— Верно мыслите, Павел Филиппович, — подтвердил Беров. — Нам пришлось иначе взглянуть на проблему мертвых.

— Я всегда полагал, что проблемы бывают чаще всего у живых, — я пожал плечами. — Но вы мыслите шире.

— Живых можно поймать и наказать. С мертвыми все обстоит иначе, — заявил мужчина и пригубил напиток.