Чехов. книга 9. Старое зеркало

— Не сразу, конечно, — пояснил парень с улыбкой. — Но Мира умеет быть настойчивой. Оказывается, она умеет печь пироги. И как-то принесла их к нам на почту. А потом попросила меня помочь ей убедить соседей вернуться в дом... Сказала, что пустой двор ее пугает, а тишина в парадной кажется жуткой. И знаете — я ей поверил!

— Понимаю, — вновь кивнул я.

— Мы с соседями вместе поехали и помогли старикам перебраться обратно в дом Ромской. Теперь мы ходим к ним в гости. Старик, который живет над квартирой Миры, оказался бывшим преподавателем музыки, он взялся меня натаскивать для поступления.

— Это ли не прекрасно? — я и впрямь был доволен.

— И кажется, что с Мирой у них взаимная симпатия, — смущенно добавил парень. — Знали бы вы, как она умеет петь! В парке неподалеку от ее дома мы организовали танцы под живую музыку по выходным...

— Я очень рад, что все так сложилось.

— Про вас говорят, что вы хороший человек, Павел Филиппович, — заключил почтальон. — И это правда. Я просто не мог не прийти, чтобы поблагодарить вас за все.

Я довольно улыбнулся, и сказал:

Глава 2 Хорошие встречи

За чаем мы пообщались еще некоторое время, и я отметил, что парень выглядит намного уверенней, чем при нашей первой встрече.

— В общем, простите, что я отнял у вас время, — немного смущенно произнес он. — Но я посчитал своим долгом рассказать о том, что ваши усилия не пропали даром.

— Спасибо, — я сделал глоток и слегка склонил голову. — Мне и впрямь приятно знать, что вы смогли найти в себе силы простить Ромскую.

Парень на секунду смешался, но все же решился спросить:

— Она ведь так поступала потому, что рядом с ней были призраки, верно? Именно поэтому вы смогли все исправить?

— А что говорит сама Мира? — с интересом осведомился я.

— Я не решался спросить ее о таком, — признался парень. — Как говорят: не буди лихо пока оно тихо. И иногда я переживаю, что какой-нибудь злобный призрак вернется, и она примется за старое.

В последней фразе мне послышалась тревога, и я поспешил его успокоить:

— Не вернется. Даю вам слово: то, что вынуждало Миру вести себя столь странно, больше не появится.

Сказанное успокоило парня.

— Слава Искупителю! — с облегчением улыбнулся он. — Я не посмею спрашивать вас более ни о чем, мастер Чехов. Благодарю за уделенное время. И еще хочу вручить вам скромный подарок...