Человек из Пекла. Книга 3

— В общем, Зубр просит тебя с Анжеликой и Бесогона с… — он на секунду замялся.

— Да, извини. В общем, вас четверых и груз сопроводить к Зубру.

— Эх… — возвела очи горе Анжелика. — А я уже мечтала в ванну нормальную сходить…

— А с бойцами нашими как? — спросила Птаха.

— Я сопровожу, устрою, — ответил второй Близнец.

— Ну, вперёд тогда, быстрее управимся, быстрее в ванну попадешь, Энжи, — поддела-таки Птаха Анжелику. Та лишь фыркнула в ответ.

В течение дальнейших минут пяти Бесогон и Птаха раздавали своим бойцам указания, а Дима попросил Мятного отогнать их машину на Базу и последним уселся в урчащего дизелем "Патриота", который потом лихо развернувшись, погнал к КПП внутрь поселения.

У Зубра Медоед с Анжеликой задержались на добрых полтора часа. Сначала, в течение первых тридцати минут говорили, в основном, Птаха и Бесогон. Затем Зубр их отпустил и насел со всей серьёзностью на Диму с Анжеликой, устроив настоящий допрос с пристрастием. Скрывать, разумеется, никто, ничего не собирался, но Зубра больше интересовали впечатления их от поездки в целом и о Перепутье в частности.

На выходе из проходной дозвонились до Базы, дождались ответа Мятного и предупредили, что часа через два-три зайдут. Затем и Сойке отзвонились с теми же словами.

До квартиры решили дойти пешком, что и сделали. По времени было уже ближе к вечеру, почти семнадцать часов, но солнце ещё вовсю светило и ощущался жар от асфальта, нагретого за день.

До дома Дима и Анжелика добрались минут за пятнадцать. На вахте записались о возвращении в журнал, Дима отсыпал горсть споранов за текущее обслуживание и получив ключи, поднялись на второй этаж. И только войдя, наконец, в квартиру, оба выдохнули, расслабившись и осознав, что всё, они Дома.

Горец ещё раз отскочил назад, приложив другую тварь, поменьше, Ударом, а от третьей, топтуна, попросту отмахнулся вторым клинком, срубив часть верхней лапы и половину страшной, уже совсем отдалённо напоминающую человеческую, головы.

Элитник тем временем выдохнул сипло, словно понимая свою участь и предпринял последнюю атаку, рванув на Горца многосоткилограммовым тараном.