Человек из Пекла. Книга 3

Сейчас здесь всё заросло крапивой в пару метров высотой и ещё какими-то растениями с толстыми, на вид твёрдыми стеблями, острыми вытянутыми листьями и метёлками бутонов. Лезть туда рейдеры не стали. В комнате для рабочих обнаружился только мусор и сгнившая практически в труху мебель. Стол, например, сразу развалился, стоило только на него руку положить. Но если минимально выгрести всё, то вполне сгодится для ночлега.

Единственный минус, который обнаружился при обходе этого барака, ограда напротив дальнего торца здания метров на пятнадцать шириной зияла проломом.

Дальше росли кусты, та же крапива с коноплёй и метров через пятьдесят-шестьдесят начинался лес. И именно в той, дальней части здания, напротив этого пролома и находились комнаты для отдыха рабочих и другие бытовые помещения.

Машину пришлось переставлять. Пока расположились и сгребли в углы пары комнат мусор, пока разожгли огонь и разогрели ужин, вскипятили воду, поели, стемнело окончательно. Анжелика по свету ещё успела проверить рану Бесогона.

Уже начало затягиваться, воспаления не было, в общем, отпиваться живчиком и через день-два останется только шрам, а через неделю и он рассосётся. Грудь тоже уже не доставляла того дискомфорта, как поначалу, но ещё болела, отчего Бесогон ощущал себя развалиной и инвалидом.

Так и прошло время до ночи. Окно в комнате завесили плащ-палаткой, чтобы не выдать себя светом тусклого фонаря кому постороннему, если вдруг такой найдётся. Разговаривать ни о чём не хотелось. Кумар дымил сигареты, Лекса устроила ревизию своего рюкзака.

Бесогон с чашкой чая устроился на спальнике у стены. И всё вроде бы ничего, спокойствие после насыщенного дня, но вот Анжелике и Медоеду было хуже всех. Эмпатию-то они не гасили и постоянно "слушать" злость Олеси было очень неприятно. После ужина привычно поделились на дежурства и Дима с Анжеликой ушли ночевать в соседнюю комнату, чтобы и самим не напрягаться от вида тихо сатанеющей спутницы и чтобы она не злилась ещё больше от уже их вида. Стоило им уйти, Олеся сразу о чём-то заговорила с Кумаром, чуть позже подключился и Бесогон.

Медоед и Анжелика разложили спальники и улеглись. Девушка уснула довольно быстро, а вот Медоеду всё не давала покоя Чуйка, начавшая ворочаться незадолго до ужина, уже здесь, на ферме этой. При чём, угроза, а ничего иного означать предчувствия не могли, была какой-то размазанной, как комариный писк и поэтому пытаться определить откуда она исходит, дело бесполезное.