Двигаясь абсолютно беззвучно, он сделал шаг вперед, затем другой.
Слева что-то зашуршало, а побрякивание уздечки доносилось справа! Крис навострил уши. Резко шагнул вправо, проверяя почву, опустил ногу и осторожно перенес на нее вес своего тела."
"Над головой кружил козодой; вот он камнем упал вниз и упорхнул. Залитый лунным сиянием мир застыл неподвижно: странные очертания предметов выделялись в призрачном мареве четкими барельефами. У подножия деревьев и валунов легли тени, темные, как они сами; все казалось странным и искаженным, не таким, как при свете дня.
По склону холма с тихим стуком прокатился камешек. Сам по себе? Или кто-то сбил его? Кто?
Невзирая на ночную прохладу, юноша чувствовал, как по лицу ручьями струится пот. Кто же это рыщет рядом? Стрелять Крис боялся: а что, если это Реп или Бреннан разыскивают его в темноте, хоронясь от людей Парли?
Стараясь не шуметь, Крис Мэйо сделал еще шаг вправо. Он по-прежнему находился в тени можжевельника, но заросли кончились: дальше двигаться некуда.
Юноша присел на корточки, до боли в глазах вглядываясь вперед.
Жеребец находится на расстоянии менее шестидесяти футов, ниже по склону и чуть правее. Куда ближе, чем представлялось раньше… или удилами побрякивал чужой конь?
Крис проверил револьвер и снова перехватил винтовку поудобнее. Напряженное ожидание начинало действовать на нервы. Ирландец знал, что чувство это опасное, может толкнуть на опрометчивый поступок, который будет стоить ему жизни. Однако, в конце концов, он же понятия не имеет, есть ли кто в темноте или нет.
Воображение порою выкидывает странные штуки, а самые естественные шорохи земли и ее обитателей еще усиливают эффект. Звуки, что слышны весь день, вычленить можно только в ночном безмолвии. Мучительная боль, что терзала беднягу от пяток до затылка, нетерпение только усиливала.
Юноша поднял с земли камешек и бросил его ярдов на тридцать вверх по склону. Камешек упал с глухим стуком и покатился по земле. Тишина.
Ниже по склону и чуть правее снова начинались заросли можжевельника.
До него оставалось футов двенадцать. Ирландец резко поднялся с земли и бросился к дереву.
Юноша искал только спасительного прикрытия, но на пути его оказалось нечто совсем другое. Вниз юноша ринулся, пригибаясь к самой земле, со всем доступным ему проворством. Под башмаками захрустела галька, а затем плечо с размаху ударилось обо что-то мягкое. Чья-то рука скользнула по лицу Криса, человек опрокинулся на спину, и лицо его озарил лунный свет.
