Глаза эти были уже не те, что раньше; они привыкли к бескрайним просторам Запада, научились охватывать все разом и выделять нужное. Юноша отер испарину и снова двинулся вперед.
При нем было два револьвера, один — «наследство» убитого телеграфиста, другой — снятый с бандита, пока тот валялся без сознания. Патронов тоже хватало, однако весили они изрядно. Ружья — тоже. Время от времени Мэйо останавливался, отирал пот, оглядывался по сторонам и шел дальше.
Очень хотелось пить, но воды не было. Земля представляла собою мелкую пыль; тут и там, насколько хватает глаз, топорщилась полынь.
С тех пор как пробило полдень, минуло уже более двух часов, когда Крис увидел хижину. Построенная из местного камня, хибарка стояла на заброшенной дороге чуть в стороне от путей. Подойдя поближе, Крис заметил остатки шестов, что некогда ограждали загон.
Крис приложил ухо к рельсам, проверяя, не идет ли поезд, но не услышал ни звука. Усевшись на железнодорожную насыпь, ирландец поглядел в сторону каменной хижины.
Выглядела она достаточно безобидно, позади что-то зеленело, и… может, рядом ручей есть!
Юноша отдохнул малость, не сводя глаз с хижины. Проверил отнятый у бандита револьвер… в нем обнаружилось пять патронов."
"Ирландец засунул револьвер обратно в кобуру, так, чтобы рукоять торчала наружу. Если перебросить куртку через левую руку, револьвер окажется спрятан, в то время как правый торчит на виду.
Сложенная из камня хижина, скорее всего, пуста, и есть надежда утолить жажду. Мало вероятно, чтобы кому-то взбрело в голову строить хижину вдали от воды, а зеленая поросль наводила на мысль о близости ручья.
Крис поднялся на ноги и перебросил куртку через левую руку, закрывая второй револьвер.
Юноша побрел вперед. Ноги стерлись и отчаянно ныли, мускулы сводила усталость. Вчерашняя боль отчасти вернулась и теперь не давала покоя. Крис окинул взглядом рельсы: ничего. Вдалеке маячило стадо антилоп. Ирландец смотрел в сторону железнодорожного полотна, однако краем глаза наблюдал за хижиной.
Это, безусловно, край индейцев, но в округе рыщут бандиты, они могут оказаться где угодно.
Ирландец остановился напротив хижины, затем свернул на еле различимую тропку, что вела от путей к двери. По-прежнему — ничего подозрительного.
Дверь бессильно повисла на ременных петлях, одно окно слепо смотрело на мир. Криспин обошел хижину кругом, а затем двинулся по тропе к ивам и чахлым тополям. Пользовались стежкой, очевидно, как люди, так и антилопы.
