Тополя росли в небольшой низинке и от путей не просматривались. На дне ее кольцо камней образовывало небольшой резервуар, прозрачная вода поступала в него из расположенной чуть выше трубы.
Крис наклонился и утолил жажду, затем подождал немного и снова зачерпнул воды. Вода была холодной, чуть солоноватой, но вкусной. Юноша выпрямился и, поглядев под ноги, усмотрел несколько растоптанных ракушек. Лениво нагнулся, подобрал одну, и едва пальцы коснулись ракушки, Крис приметил свежий след, оставленный сапогом. Совсем свежий: травинки только-только начали распрямляться.
Ирландец медленно выпрямился. Сердце неистово колотилось. Тот, кто оставил этот след, — совсем близко, буквально в нескольких ярдах!
Четко очерченный контур каблука… нет, это не мокасин!
Со стороны могло показаться, что ирландец внимательно изучает ракушку. На самом деле он лихорадочно размышлял. Тропа, по которой Крис спустился к заводи, вела дальше: еще менее различимая, однако все-таки заметная. На противоположной стороне от резервуара росли ивы, а за ними что-то темнело… землянка или пещера, где некогда держали лошадей.
— Эй, ты! — прозвучал хорошо знакомый голос. — Ну разве не здорово? Сам ко мне пришел, словно за тобою послали!
Крис развернулся было, и голос тут же посуровел.
— Стоять! — Это был Мюррей. Мюррей, который охотился за Бардой; Мюррей, которому Крис задал хорошую взбучку. Мюррей, который жаждал его крови. — А теперь возьми револьвер за рукоять: осторожно, большим пальцем и указательным! Подними повыше и брось! Теперь можешь обернуться.
Погляди внимательно на меня и мой ствол! Мне угодно, чтобы последним, что ты увидишь в своей жизни, оказался я: я, что стою перед тобою и всаживаю пулю прямо тебе в брюхо!
— Может быть, мы это обсудим? — осторожно, стараясь не допустить ошибки, Крис поднял оружие двумя пальцами и уронил его на землю. Револьвер упал с глухим стуком.
— Сделай шаг назад… вот так. А теперь можешь оборачиваться.
Крис не сомневался, что Мюррей держит его на прицеле. Мюррей вознамерился покончить с недругом раз и навсегда, и Мюррей желает, чтобы недруг поглядел смерти в глаза.
И недолго он станет рассуждать, прежде чем выстрелит… слишком много в нем ненависти.
Криспин Мэйо знал, что это движение может стоить ему жизни, но он развернулся к Мюррею левым боком, выставив плечо вперед. При этом правая рука юноши незаметно скользнула под куртку. Револьвер лег в ладонь, опираясь на локоть.
Время для разговоров, для раздумий и просьб миновало.
