"
"Дверь подалась под его рукой, и Крис остановился на пороге, спрашивая, есть ли кто. Стучал телеграфный ключ -стучал не умолкая, словно зубы перепуганной баньши note 2. Оставив дверь открытой, ирландец вошел, но никого так и не увидел: комната была пуста. С виду пуста, по сути пуста -пустее не бывает. Вторая комната, судя по всему, служила спальней; и в ней тоже не оказалось ни души.
Постель не застлана. Ну и шум подняла бы его старуха бабушка: подумать только, белый день на дворе, а постель не застлана! Кошмар какой-то, даже не верится.
Итак: комната станционного смотрителя со скамейкой, спальня с незастеленной кроватью, самодельным умывальником и вешалками, на которых висит видавшая виды одежда. Крис вышел через заднюю дверь и внезапно остановился как вкопанный: на крыльце расплывалось темное пятно — пятно крови.
Кровь опознать легко, где бы ее ни пролили, в Скибберине, в Бостоне или на равнинах Запада, а Крис Мэйо в жизни своей на кровь насмотрелся. Человек или животное — кто-то потерял здесь много крови, гораздо больше, чем пошло бы бедняге на пользу.
Ирландец поднял взгляд, но по-прежнему не увидел ничего подозрительного: колышутся высокие травы, синеет небо над головой, а вдалеке, у горизонта, полоса синевы смыкается с полосой зелени.
И подумать только, что все это — бесплодная пустошь, размышлял ирландец, ни одного картофельного куста не растет. Столько земли пропадает даром. Крис вернулся в дом: хоть и хибара, а уютная, ничего не скажешь, и сложена добротно, от зимних холодов вполне защитит.
Телеграфный аппарат недовольно щелкнул, но Крис понятия не имел, как с ним обращаться. Рядом притулился стул; крохотный письменный стол был завален бумагами, и тут же лежал карандаш, словно владелец дома только что отлучился.
Да есть тут кто-нибудь или нет? А может быть, хозяина дома нашли раненым и взяли в поезд? Что с беднягой случилось? Сам он покалечился или на него напали? Здесь вам не Ирландия, до Клонакилти далеко. Очень может быть, что здесь водятся смертоносные твари, о которых он, Крис, понятия не имеет.
Телеграфный ключ все стучал; Крис подошел к аппарату, прижал ключ пальцем и постучал в ответ: сперва одна серия ударов, затем другая.
Молчание — полнейшее, изумленное молчание.
Затем машина словно взорвалась неистовым крещендо: последовала стремительная, возбужденная дробь. Как только аппарат снова умолк, Крис опять коснулся ключа — и тотчас же отдернул руку.
Короткая трель, затем тишина. Ирландец снова дотронулся до ключа.
