"
"— Кроган — силач и хороший борец, — признал он, в голосе его сквозило уважение. — Но он не боксер. А здесь не о вольной борьбе речь идет.
— Да и я не любитель вольной борьбы. Мне пришлось подделываться под Крогана — драться иначе он не умел.
Бреннан остановил взгляд на костяшках пальцев Криса.
— Похоже, ты тут без дела не сидел.
Ирландец пожал плечами.
— Это был поединок иного рода. Один тип из шайки Парли по имени Мюррей, похитил Барду Маклин, полковничью дочку. Плохо он поступил, а я решил отвезти девушку к отцу.
Мюррей возражал.
— Неудивительно. — Бреннан не сводил с Криса холодных, оценивающих глаз. — Ты отнял девушку у Мюррея?
— Ну да, так я и сделал.
— Остерегись. Мюррей мстителен, он тебя и под землей найдет, и в руках у него будет револьвер.
— Только не в ближайшие несколько дней, думаю. Ему же дышать трудно с перебитым-то носом да поломанными ребрами!
Бреннан снова взял в руки сигару.
— Думаешь, управишься с Кокинсом?
— А то!
— Ты когда-нибудь видел его в деле?
— Нет.
Это просто предчувствие. Я предчувствую, что положу его на обе лопатки.
— Ну ладно. Я устрою поединок между вами, но если надуешь меня и сбежишь с выручкой — не жить тебе.
Крис поглядел в холодные глаза Бреннана и понял, что владелец салуна не шутит.
— Я не сбегу и отлуплю его по первое число.
Юноша повернулся было, чтобы уйти, но Бреннан окликнул гостя:
— Тебе понадобятся деньги на еду. — Он выложил на стойку золотую монету в двадцать долларов, затем скользнул взглядом по Реппато Пратту.
— Я тебя знаю, Пратт. Ты его друг?
— Еще бы нет! Крис — парень что надо.
— Тогда стой рядом с ним и держи ствол наготове. Приятели Кокинса церемониться не станут, особенно если увидят, что тот проигрывает. Поединок состоится послезавтра, как только Кокинс вернется из рейса.
Друзья ушли.
— Теперь поедим, — объявил Крис, — а потом отдохнем малость.
— Ты хоть понимаешь, во что ввязался? — мрачно поинтересовался Пратт. — Сэм Кокинс — это ужас ходячий, кулаки у него — первый сорт, и на тебя он зол.
Он тебя разделает под орех!
— Пусть попробует.
Пратт оглядел приятеля.
— Может, ты и сам не промах, — протянул он. — Оно бы хорошо было. Кокинс давно напрашивается на взбучку; отлупи его — и у тебя тут же заведутся друзья. Но я боюсь его кулаков. Вот винтовка или охотничий нож — дело другое, но кулаки — это не для меня.
Напротив через улицу красовалась вывеска «Обеды». В центре зала возвышался длинный дощатый стол в окружении скамеек.
