Здесь никто не торопился, времени у всех было достаточно. У официанта тоже. Через полчаса он подошел и сообщил, что меню есть меню, а жизнь есть жизнь.
— Бифштекса с яйцом нет, бифштекса с луком тоже нет, — официант читал свою утреннюю молитву, которая была почти точным повторением молитвы вечерней. — Бефстроганова тоже нет, яичницы с ветчиной тоже нет, есть сосиски с тушеной капустой. Не смотрите в меню, там сосисок нет!
В тот момент, когда Зутис уже почти согласился на сосиски с капустой и пивом и официант почти захлопнул сметную книжку, за спиной раздался бодрый голос:
— Мне то же самое!
— Слушаюсь! — официант величаво поплыл за заказанным, но вернулся только с пивом и многообещающе сообщил, что сосиски — не плод фантазии повара и скоро сосиски будут.
Это была женщина, которая ехала с Зутисом в одном купе, с нижней полки. На ней был дорогой кримпленовый костюм, щеки ее разрумянились.
— Вы кофе не заказали? — спросила она.
— Не-е-т, — Зутис опять онемел.
— Налейте пива!
Зутис наливал осторожно, чтобы ни в коем случае не перелить через край, но это ему удалось лишь отчасти.
— Представляю, каково мужчине, когда в купе одни женщины!
Ей можно было дать лет тридцать пять и назвать средне привлекательной.
В купе тем временем происходило великое переселение. Насмешница с верхней полки — она ехала домой из дома отдыха — все же сочла возможным сказать:
— Я всю ночь о нем мечтала, а эта идет в ресторан и снимает парня, как яблочко!
— Думай-ка лучше о своем льве! — сказала другая. Они были подругами.
На следующей станции обе сошли.
Зутис, который опять стоял в коридоре у окна, собрался с духом и, войдя в купе, спросил:
— Вы далеко едете?
— В Молдавию. А вы?
— Я?
— Вы.
— Я тоже.
Почему бы ему не поехать в Молдавию? Говорят, там дешевые фрукты. Он, правда, собирался махнуть в Сибирь, а там покружить, заметая следы; но почему быть промежуточным финишем не может Молдавия?"
"Сколько времени пройдет, пока засыплются Цауна и Аргалис? Год, два? Зутис был заинтересован в том, чтобы это случилось как можно позже, тогда он оказался бы вне поля зрения следователя и по крайней мере на суде его не сделали бы главным обвиняемым.
— Что вы будете делать в Молдавии?
— Еду по обмену опытом, — сказала она. — Хочу узнать, как они добиваются такого прироста живого веса, откармливая телят в стойлах. А вы?
— Я просто так… Развлечься…
— Нехорошо оставлять жену дома одну…
— Нет, нет, — поспешно сказал Зутис. — Я не женат. Детей у меня тоже нет.
