Тридцать метров в день — это дело крупное! За такое грозит суровая кара, но и деньги можно иметь большие. Нет, конечно же, Зутис не станет таскаться по магазинам с тюками под мышкой и предлагать их. Это обычная ткань, какой в магазинах завалены все прилавки, у покупателей она пользуется не бог весть каким спросом, хорошо, если продавцы дадут за нее полцены. Но и это не главное, можно отдать и за полцены, главное в том, найдутся ли потребители. За неделю он исчерпает все возможности и придется ждать следующей весны. Стоит ли рисковать ради нескольких сотен? Конечно же, нет! В детстве он рисковал, воруя с витрин банки с консервами, копченую селедку и черствые булочки, но тогда он рисковал из-за голода.
Совсем другое дело — рисковать, когда урчит в животе, теперь же ради пропитания ему рисковать не нужно.
Зутис взял карандаш и от скуки начал подсчитывать. Тридцать метров — десять костюмов. Десять костюмов умножить на сто — тысяча рублей. Тысяча рублей! Подкладка, бортовка, пуговицы и пошив — уж так и быть, не сию же минуту кошелек раскрывать, — минус сорок.
За десять костюмов четыре сотни. Чистой прибыли…
Шесть сотен чистой прибыли. Шесть сотен в день!
Зутис пересчитал еще раз и подскочил.
Шесть сотен барыша в день!
Он стал насвистывать старый куплет «Если станешь ты богатым, будут девушки любить».
Шесть сотен. Но на сколько это человек?
Закройщик, Цауна, найдется еще кто-нибудь… Тут нечего гадать на кофейной гуще, все это необходимо досконально выяснить! И он надел шапку, решив отправиться к Цауне.
Теперь уже азарт вел его на поводке, как собачонку, — да, такой доходной фирмы у него еще никогда не было. Такой доходной фирмы ни у кого еще не было.
После обеда Цауна позвонил Вильяму на работу и пригласил поужинать.
— Послушай, старик, — сказал Цауна, разрезая отбивную. — Твое финансовое положение совсем не блестяще, ведь я понимаю, что тебе не хочется спрашивать Беату о квартире… Не хочешь его улучшить?
— Тебе опять нужен костюм?
— Нет. Тот человек, с которым я говорил, подумал.
— Про ткань?
— Да.
— Отбивная была сочной и мягкой.
— Ничего не выйдет. Не могу же я выносить тюки из цеха!
— А экономить можешь? Можешь. За это будешь иметь три тысячи в месяц. Остальное тот человек продумает сам.
Вечером они встретились у Цауны. Зутис хотел знать о цехе кое-какие подробности и каким образом продукция из раскройного цеха попадает в пошивочный. Он был доволен тем, что одна дверь склада полуфабрикатов ведет прямо на улицу, а другая — в раскройный цех.
