Утром Федор заскочил к Расторгуеву – попрощаться.
– Вот, – сказал Федор. – Отбываю. Так что прощай, Антон Кузьмич. А если что – зови на помощь. Повоюем.
– Я бы позвал, – вздохнул Расторгуев. – Да только где мне тебя искать? – Тут на его лице появилось лукавое выражение, и он сказал: – Хотя, конечно, есть у меня один надежный канал связи…
– Вот через него и ищи, – улыбнулся Федор.
– И не надо смотреть на меня ехидным взглядом!
– Да я и не смотрю…
Они еще немного постояли друг напротив друга, затем обнялись, и Федор, ничего не говоря, вышел.
Ульяна его ждала на крылечке.
– На чем ты поедешь? – спросила она.
– Не знаю, – пожал плечами Федор. – На чем-нибудь… Ничего, доберусь. Да тут и добираться всего ничего – каких-то четыреста километров.
Они прошлись по улице и остановились на мосту. Мост был не через реку, а перекидной, над железнодорожными рельсами. По рельсам шел грузовой поезд.
– Вот, – сказал Федор, – везут уголь. Наверно, в Сталинск, на комбинат.
– Это не уголь, а кокс, – поправила Ульяна. – Печи на комбинате топят коксом.
– Неужели кокс? – удивился Федор.
– Вот ведь как! Погостил в Кузбассе, а так и не знаю, чем уголь отличается от кокса!
– Сейчас я тебе объясню! – сказала Ульяна.
– Объясни! – с готовностью согласился Федор.
– Уголь – он какого цвета? – спросила девушка.
– Черного, конечно, – ответил Федор.
– Правильно, – сказала Ульяна. – А кокс серый. Как застывшая сталь. А теперь посмотри вниз.
Что везут в вагонах?
– Похоже, что кокс, – сказал Федор.
– Вот, теперь ты знаешь…
Они стояли на перекидном мосту, а под ними, вагон за вагоном, с грохотом проносился состав с коксом. Наконец отгрохотал последний вагон, и поезд умчался вдаль, в сторону города Сталинска. Кузнецкий комбинат продолжал варить сталь и ковать оружие.
"
