То есть больничный режим не понадобится.
– Хорошо бы. Скучновато тут у вас. Ни компа, ни телика, будто в тюрьму попал.
– Посторонние впечатления вредят восстановлению, здесь очень важна сосредоточенность, тебе это уже объясняли.
– А Шуст говорит, что это суеверия.
– Это доказанный медицинский факт. Чем меньше источников раздражения, тем быстрее идет восстановление. Мы ведь с тобой уже это обсуждали.
– Я помню, но все равно неприятно. Еще немного, и начну в потолок выть, тоска беспросветная, спасибо, что хоть ты со мной иногда разговариваешь.
– Ты в клинике единственный мой коллега, преступно такого игнорировать.
– Коллега?
– Я о том, что ты пациент со стороны, я нанята по контракту тоже со стороны. Ни у тебя, ни у меня нет местного гражданства, так что в чем-то мы коллеги.
– Что за гражданство?
– Привыкай к цивилизованным стабам, во многих из них действует система гражданства, местами она строгая.
– Паспорта дают? – ухмыльнулся Карат.
– И паспорта в том числе, – вполне серьезно ответила Грета.
– Не шутишь?
– Какие тут могут быть шутки? Без паспорта или оформления вида на жительство ты ограничен в правах. Тебя даже не впустят в некоторые развлекательные заведения. Сложности почти во всем, и некоторые могут довести до бешенства.
– Например?
– Ну… Ты не можешь носить с собой заряженное оружие, да и незаряженное не разрешено проносить в центральный район.
– Бред какой-то. Как можно в Улье оставаться без оружия?
– Здесь, в городе, абсолютно безопасно.
– В Кумарнике тоже так говорили, в итоге я там чуть не остался без ног.
– Здесь иначе. Здесь все иначе. Этот стаб не так велик, как многие, но в нем сложно получить гражданство. К тому же этого мало, полным гражданином можно стать лишь спустя три года, и это звание надо еще заслужить.
– Для Улья – многовато лет.
– Если устроиться так, как я, на спокойном месте, почти без выходов, это несложно. И выгодно, ведь полный гражданин имеет право на собственный дом, бесплатную медицину, обеспечение основных личных потребностей.
Да там длинный список. А еще есть привилегированные граждане и элита, но туда простым людям вообще нереально попасть.
– Да тут прямо-таки кастовая система.
– Хорошо сказал, – почему-то нахмурилась Грета. – Касты. Настоящие касты. Кто успел в самом начале попасть в нужный список, теперь живет, не зная горя. Кто не успел, уже не успеет. У тебя точно нет других жалоб?
– Все то же самое – скучно.
– Если тебя развлекают разговоры, могу слегка обрадовать.
