Человек с лицом убийцы

Мог ли этот ваш псевдо-Лопахин узнать каким-то образом о настоящем отце Игната?

– Наверное, мог, – непонимающе посмотрел на Инну Станислав. – Но к чему вы это спрашиваете?

– Ну как же? Это ведь очевидно, – удивилась Скороходова. – Очень удобно спрятаться за фамилией того, кого, как считают все, он не знает. Есть такой психологический прием, которым пользуются те, кто хочет начать свою жизнь с нуля, так сказать. Они, конечно же, могут взять себе и любую другую, придуманную ими фамилию. Но чаще всего используют фамилии ближайших родственников – девичью фамилию матери или одной из бабушек.

В данном случае вполне подходит фамилия родного отца убитого Игната. Но это, конечно же, если только он ее знал. Он мог позвонить матери Игната и спросить это у нее.

Гуров внимательно слушал рассуждения Скороходовой и находил их вполне здравыми и не лишенными логики.

– Об этом мы как-то не подумали, – признался он. – Надо бы позвонить Атлетову и спросить у него. Когда я с ним беседовал, то не спросил, знал ли Игнат, кто его настоящий отец.

– Так позвони прямо сейчас и выясни, – посоветовал Станислав. – Если подозреваемому стало известно, кто настоящий отец убитого им Лопахина, то эту фамилию нам тоже нужно будет учитывать при ведении поиска.

Гуров набрал номер Атлетова. Тот не отвечал, и Лев Иванович уже хотел было написать ему сообщение, но Никита Георгиевич перезвонил ему сам.

– Я на работе, – сказал он торопливо. – Вы что-то хотели еще узнать?

– Да. Не подскажете, знал ли Игнат фамилию и имя своего родного отца? Мать не говорила ему о нем?

В трубке повисло молчание.

Атлетов, по всей видимости, вспоминал что-то.

– Я помню, что Татьяна как-то говорила мне, что Игнат интересовался, кто его отец. Это было… Было, когда он уже уехал на этот свой Дальний Восток. Наверное, через полгода после этого или через год, не помню точно. И да – он спрашивал ее о своем родном отце. Она тогда еще удивлялась, отчего ему вдруг приспичило о нем расспрашивать. Никогда не интересовался, а тут решил узнать. Причем очень настойчиво ее расспрашивал.

Кажется, это было тогда, когда он просил выслать ему его свидетельство о рождении.

– И она ему сказала?

– Да, она рассказала все как есть. Всю правду. Он парень уже взрослый, аргументировала она, и говорить, что его папа был летчик и разбился при испытании самолета, как-то неудобно.

– А она ему именно так и говорила?

– А вам она не рассказывала, кто был отец Игната?

– Фамилию не говорила, а как звали и кто он такой, сказала.