Человек с лицом убийцы

– Мне они не нужны, а тебя, быть может, на какие-нибудь умные мысли натолкнут, – ответил Гуров.

– А сам что делать собрался? – не стал возражать против предложения друга Крячко.

– В церковь поеду, – буркнул сыщик.

– Грехи замаливать решил? – съязвил Стас.

– Очень смешно, – ответил Гуров и, подхватив пальто, вышел из кабинета.

По дороге в Ризоположенскую церковь сыщик периодически заглядывал в планшет, проверяя сайт, где публиковалась Лещук. Девушка обещала, что статья выйдет до восьми утра. Однако даже в девять ее не было.

Гуров уже собрался позвонить журналистке, но, проверив в очередной раз интернет, увидел статью об убийстве Киреева на нужном сайте. А буквально еще через полчаса, когда сыщик добрался до храма, по запросу «убийство Киреева» в интернете перепечатанный материал Лещук стал появляться и в других СМИ. Сначала второстепенных, а потом и в тех крупных, которые специализировались на московских новостях. Сыщик хмыкнул: механизм выманивания Карающего ангела из норы начал работать.

Гуров в церквах бывал нечасто, да и то обычно по служебной необходимости.

Ни он, ни Мария особым благочестием не отличались. И если Строева и заглядывала иногда в храмы на церковные праздники, чтобы поставить свечки за здравие или упокой, то Гуров туда заходил без служебных надобностей только в тех случаях, когда Мария уговаривала его составить ей компанию.

Сыщик умом понимал, что церковнослужители – такие же люди, как и все, и бывают и молодыми, и старыми. Однако стереотип образа священника засел в его мозгу, видимо, еще из советских кинофильмов.

И каждый раз, когда предстояло идти в храм, Гуров подспудно представлял, что увидит там киношного священника – седого грузного старца с окладистой бородой и строгими глазами. Однако настоятель Ризоположенской церкви оказался диаметрально противоположным этому образу – довольно молодой мужчина с аккуратной черной бородкой и большими, козьими глазами.

Как выяснилось из разговора с батюшкой, в Ризоположенской церкви в настоящее время работало три сторожа.

Дежурили они по ночам: сразу по окончании вечери заступали на службу и оставляли свой пост лишь тогда, когда к заутрене приходили другие церковные служки. С настоятелем храма сторожа почти не пересекались. Вечером батюшка уходил немного раньше остальных, и в церкви после него оставались еще уборщица и лавочница, торгующая в храме иконками, свечами и прочей православной символикой. А к тому моменту, когда и их работа подходила к концу, в церковь являлся сторож.