Чемоданчик Пандоры

Ту самую женщину, с которой столкнулась на лестнице в доме на улице комиссара Фиолетова.

Эта женщина разговаривала с Матильдой Романовной. Прижавшись к стене и стараясь сделаться невидимой, Вера услышала, что женщина расспрашивает Матильду о ней, Вере, точнее, выясняет, где ее можно найти. Бесхитростная Матильда показала незнакомке на дверь Вериного кабинетика.

Значит, она разыскала Веру! А для чего она могла ее искать? Нетрудно догадаться: чтобы обвинить Веру в убийстве Кати, чтобы угрожать ей разоблачением и требовать денег за свое молчание…

Вера ужасно испугалась.

Воспользовавшись тем, что обе собеседницы заняты разговором и смотрят в другую сторону, она толкнула ближайшую дверь и скорее юркнула в нее, даже не взглянув, куда она, собственно, ведет.

– Ага! – услышала она ядовито-жизнерадостный голос. – Это называется – на ловца и зверь! Я как раз хотела с вами поговорить!

Вера в ужасе подняла глаза и поняла, что с перепугу заскочила в кабинет директора музея Анны Ивановны Укроповой.

– Я хотела задать вам несколько вопросов, – проговорила Анна Ивановна многообещающим тоном.

Вера вскинула голову, решив мужественно поглядеть в глаза неприятностям, и очень удивилась. На носу директрисы музея сегодня громоздились квадратные темные очки. Это было так странно, поскольку Анна Ивановна носила всегда очки только в круглой металлической оправе, напоминая в них сову на научной конференции под названием «Лесные птицы – за мир!» Кроме того, в кабинете было не слишком светло, директриса вечно задергивала плотные занавески.

Вера спрятала за спину постиранный платочек Панаевой и прижалась спиной к двери, постаравшись сделаться как можно меньше и незаметнее.

– Во-первых, как у вас идет подготовка к выставке Панаевой? Не забудьте, Вера Алексеевна, что открытие очень скоро, на него приглашена пресса, и мы не можем сорвать сроки! – гулко пророкотала директриса.

– Я постараюсь успеть, Анна Ивановна! – робко проговорила Вера. – Правда, мне очень не хватает рабочих рук для монтажа и развески…

– Вот, кстати, мой второй вопрос.