Он говорил так, будто сэра Джорджа не было рядом. Корделия увидела, как Роума взглянула на Ральстона с неким удивлением и чем-то вроде усталости, приоткрыла рот, но передумала говорить. При этом она продолжала смотреть на него пристально, будто видела впервые.
Эмброуз продолжал:
– Подробностей я не знаю. Но кому-то они известны, полагаю, хотя бы в той мере, в какой правда выплыла наружу. Должна существовать официальная версия инцидента, хотя ее никогда не обнародовали. Все, что я знаю, известно мне со слов дяди, который поделился со мной этой историей во время одного из моих редких приездов.
На самом деле это скорее слухи.
Кларисса позволила себе продемонстрировать нетерпение самым очаровательным образом. Это выглядело, подумала Корделия, так же искусственно, как деланое отвращение, с которым она впервые взглянула на полку с черепами. Клариссе незачем было проявлять нетерпение. Она точно знала, что последует дальше.
Эмброуз раскинул пухлые руки и пожал плечами, как будто его принуждали к рассказу, которого он стремился избежать.
Однако он мог бы и выкрутиться, если бы постарался, подумала Корделия и впервые задалась вопросом, не был ли этот разговор и даже само посещение склепа результатом сговора.
– В марте 1940 года, – продолжил Эмброуз, – на Корси находилось около пятидесяти заключенных, и среди них встречались убежденные нацисты, большинство из которых были немцами, застрявшими в Британии в начале войны. Одного из них – молодого человека двадцати двух лет – подозревали в том, что он выдал их секреты британским властям в ходе допроса.
Возможно, так оно и было. С другой стороны, он мог быть и британским агентом, который работал под прикрытием и внедрился в их группу. Все, что я знаю, – это только слухи, причем второсортные. Но один факт не вызывает сомнений: группа нацистов провела тайный суд в церковном склепе, обвинила товарища в измене и приговорила к смерти. Потом они заткнули ему рот, связали руки и спустили по проходу в этот грот – Дьявольский котел.
Как видите, здесь есть узкий проход, который ведет к восточной бухте, но во время прилива грот всегда затапливается. Они привязали жертву к той железной лестнице и оставили там, чтобы утонул. Это был очень высокий молодой человек. Он умирал в темноте медленно и мучительно. Потом один из заговорщиков спустился сюда и отвязал тело, спустив его в море. Когда через два дня труп всплыл, обнаружилось, что его запястья разрезаны почти до кости.
