Роума сказала:
– Странно, что возникает такое тревожное чувство. И глупо. Как в школе. Вечно чувствуешь себя как провинившийся ученик, хотя тебе совершенно не в чем себя упрекнуть.
– Совсем? – произнес Айво. – Завидное состояние. Мне никогда не удавалось его достичь. Но мне не о чем волноваться. У полиции есть схема действий для таких случаев. Подозреваемых расставляют в порядке приоритетности: сначала – муж, потом наследники, потом члены семьи, потом близкие друзья и знакомые.
Роума сухо заметила:
– Я и наследница, и родственница.
Это не сильно обнадеживает.
Они молча наблюдали, как два судна со своим пестрым грузом неуклюже отчаливают, а блестящие голубые ракеты стремительно летят к берегу.
Часть IV
Профессионалы
Глава двадцать третья"
"Сержант Роберт Бакли был молод, хорош собой, умен и прекрасно знал об этих своих достоинствах. Как ни странно, в отличие от большинства подобных молодых людей он также прекрасно знал об ограничениях, которые они накладывают. Отучившись два года в шестом классе, он достойно сдал экзамены второго уровня по трем предметам – это достижение позволило бы ему поступить в университет в компании сверстников с аналогичными результатами.
Но, имея такие отметки, он не мог выбрать университет, в котором действительно хотел учиться, подозревая, что его умственные способности, хоть и не самые заурядные, не отличаются глубиной и он не сможет тягаться с настоящими учеными. Он не хотел пополнить армию образованных безработных по прошествии трех лет умеренно скучной академической рутины и посчитал, что быстрее всего добьется успеха в профессии, для которой был скорее слишком квалифицирован, а не наоборот, и где ему придется соперничать с мужчинами, которые образованны хуже, чем он, а не лучше.
Он обнаружил в себе садистскую жилку, ибо получал едва уловимое удовольствие, когда другие испытывали боль. Тем не менее у него не было потребности ее причинять. Он был единственным ребенком пожилых родителей, которые сначала души в нем не чаяли, потом восхищались, а потом стали его бояться.
И это ему тоже нравилось. Выбор карьеры дался ему легко и естественно. Окончательное решение он принял, когда широким непринужденным шагом шел по Пурбекским холмам, наблюдая, как коричневые и зеленые полосы земли сменяют друг друга. Существовало лишь два варианта: армия или полиция, и от первого он быстро отказался. Армия не могла дать ему ощущение социальной нестабильности.
