Черная метка

Почему бы вам не послать вместо себя Джека и хотя бы один день побыть дома?

– Я поеду на своей машине, – сказала я.

Роза уловила печаль в моем голосе и замолчала. Я слышала, как она шуршит бумагами. Знала, что она хочет хоть как-то утешить меня, но я никогда не позволяла ей это.

– Ладно, не забудьте переодеться, перед тем как приступить к делу.

– Во что переодеться?

– Сменить одежду. Прежде чем сесть в машину после осмотра, – сказала она, как будто я ни разу не осматривала разложившийся труп.

Я включила сигнализацию, заперла дом и спустилась в гараж, где открыла вместительный шкафчик из кедрового дерева с вентиляционными решетками сверху и снизу.

Внутри стояли туристские ботинки, резиновые сапоги, лежали толстые кожаные перчатки и висел специальный комбинезон с водонепроницаемым покрытием, напоминавшим воск.

Здесь я держала носки, теплое белье и другие вещи, которые никогда не понадобятся дома. Они заканчивали свое путешествие в промышленной стиральной машине, не предназначенной для моей обычной одежды.

В багажник я бросила комбинезон, кроссовки и бейсболку с буквами ОГСМЭ, что означало "Отдел главного судебно-медицинского эксперта". Проверила большой алюминиевый чемодан с рабочими принадлежностями, чтобы убедиться в наличии достаточного количества хирургических перчаток, прочных и просторных мешков для мусора и посмотреть, на месте ли фотокамера и пленка. Я отправилась в путь с тяжелым сердцем, а в голове снова звучали слова Бентона. Я старалась отбросить воспоминания о его голосе, глазах, улыбке и прикосновениях.

Больше всего мне хотелось забыть его, но я не могла.

На Центральной автостраде, когда подъезжала к шоссе номер 95, я включила радио. Впереди на фоне солнечного неба сияли очертания Ричмонда. Я притормаживала на Ломбарди-Толл-плаза, когда прозвучал вызов радиотелефона. Это был Марино.

– Подумал, тебе интересно будет узнать, что я подъеду.

Резко прозвучал автомобильный клаксон, когда я, меняя полосу, чуть не подрезала серебристую "тойоту".

Водитель обернулся ко мне, осыпая ругательствами, которых я не слышала.

– Пошел к черту! – сердито бросила я ему вслед.

– Что? – громко спросил Марино.

– Какой-то идиот-водитель.

– Бывает. Ты знаешь что-нибудь о "дорожном бешенстве", док?

На Девятой улице я свернула, направляясь к своему отделу, и дала Розе знать, что подъезжаю. Когда въехала на стоянку, увидела Филдинга с ящиком и удлинителем.

– Похоже, фургон еще не вернулся, – заметила я.