Черная метка

Я подумала о Марино. Нужно было предупредить его, что я не потерялась в Париже.

– Это будет чудная прогулка, – продолжал Телли. – Займет около пятнадцати минут. Самое большее – двадцать.

– Вначале мне нужно найти Марино, – сказала я. – Он, наверное, в баре.

– Хочешь, я разыщу его и отправлю наверх?

– Уверена, он тебя отблагодарит, – пошутила я.

Марино нашел меня прежде, чем его отыскал Телли. Я все еще сушила волосы, когда Марино показался в дверях моего номера; по его лицу было понятно: он догадывается, почему не мог меня застать.

– Где тебя носило? – спросил он, входя.

– В Институте судебной медицины.

– Нет, не весь, – ответила я.

Марино посмотрел на постель. Мы с Телли заправили кровать, но не так, как это делала горничная по утрам.

– Я иду в... – начала было я.

– С ним? – Марино повысил голос. – Черт возьми, я так и знал, что это случится. Не верил, что ты клюнешь. Господи Иисусе. Я думал, ты выше...

– Марино, это не твое дело, – устало произнесла я.

Он решительно встал в дверях подбоченившись, как суровая нянька.

Это было так смешно, что я расхохоталась.

– Что с тобой происходит? – воскликнул Марино. – То ты плачешь, читая отчет о вскрытии Бентона; в следующую минуту ты уже трахаешься с каким-то плейбоем – сопливым, самовлюбленным мальчишкой! Ты не могла потерпеть даже сутки, док! Как ты могла так поступить по отношению к Бентону?

– Марино, ради Бога, сбавь тон. В этом номере было достаточно криков.

– Как ты могла? – Он посмотрел на меня с отвращением, словно на проститутку.

 – Ты получаешь его письмо, зовешь меня и Люси, потом сидишь здесь и плачешь. И что? Ничего этого не было? Ты ведешь себя так, словно ничего не произошло. С каким-то изнеженным панком?

– Выйди, пожалуйста, из моего номера. – С меня было довольно.

– Ну уж нет! – Он шагнул, качая указательным пальцем. – Нет уж. Я никуда отсюда не уйду. Хочешь разводить шашни с этим прилизанным мальчиком, можешь делать это при мне. Угадай почему? Потому что я не позволю, чтобы это повторилось.

Кто-то из нас должен быть в здравом уме, и, похоже, это буду я.

Он ходил взад-вперед, распаляясь с каждым словом.

– Не тебе решать, что случится, а что нет. – Во мне начинала закипать злость. – Кого ты из себя строишь, Марино? Не вмешивайся в мою жизнь.

– Да, бедный Бентон. Чертовски здорово, что он мертв, а? Вот доказательство, как сильно ты его любила.

Он остановился и ткнул в меня пальцем.