«Наконец-то моя прелесть решила покинуть это собрание расфранченных девиц, – заворчала про себя Лара, выдвигаясь из бальной залы за генералом. – Король уж полчаса, как ушел, а ты все хвостом тут крутил. Если на все согласную грелку в постель себе присматривал, то зря надеешься, что я тебе свидание устроить позволю: все глазки твоей пассии выцарапаю! Жди меня, и будет тебе счастье, генерал! Вот прям уверена, что Слепая Пророчица так бы тебе и сказала: «Ваше счастье – в вашей кошке, лорд Ардамас! Не расстраивайте ее случайными связями, а то она ведь и взбеситься может и тогда не поздоровится уже вам».
Генерал не стал рисковать своим драгоценным здоровьем: он не вышел в сад с потайными беседками, не скрылся за гобеленами удобных ниш, – он маршировал на второй этаж в сторону королевского кабинета к полному одобрению Лары.
Благоразумно подумав о том, что ей тоже не стоит рисковать своим драгоценным здоровьем и показываться ему на глаза, и что в кабинете Варта ничто Леону угрожать не может, Лара осталась ожидать его в широком проходе, схоронившись в густой тени под подоконником, куда не попадал свет от факелов, установленных на стенах.
Лара смотрела, как по стенам средневекового замка мечутся блики от всполохов огня, слушала, как бренчат латами и оружием стражники у входа в королевское крыло, бросившие на нее лишь мимолетный взгляд, когда она проскочила мимо них, крадясь за Леоном, и ее вновь накрыло ощущение, что она не в параллельной реальности находится, а в каком-то фантасмагорическом сне, из которого никак не выбраться.
Она, адвокат двадцать первого века, расследует заговоры против короля, живущего в древнем замке, и против генерала, командующего войском, солдаты которого вооружены не автоматами, гранатами и снайперскими винтовками, а мечами и мушкетами! Ностальгия по родному привычному миру, тоска по родителям, оставшимся в нем, нахлынула на Лару, как девятый вал. Сейчас она обрадовалась бы даже старенькому жигуленку, проедь он по брусчатке главной площади Шарилы.
А про смартфон, интернет и прочие прелести цивилизации лучше и вовсе не вспоминать, так же как и о возможности увидеть папу с мамой хотя бы по скайпу. Тут вместо e-mail и WhatsApp – голубиная почта, а мобильная связь – это громкий окрик. Вместо фотографий в книгах печатают нарисованные портреты, а телевидение, театр, оперу и кинематограф заменяют редкие балаганные представления на ярмарочных площадях.
