О том, что Герстен направил к его войску этих молодчиков (на что Леон с самого начала горячо надеялся) шпионы Ардамаса, следившие всю ночь за лагерем врага, доложили ему заранее. Надо заметить, что в отряде Ардамаса этой ночью спали мало: надо было из двух стогов сена сотворить тридцать маленьких аккуратненьких стожков и воткнуть в них двадцать пять привезенных пушечных стволов. Только под пятью копнами (ближайшими к краю) на самом деле были пушки. Муляжи замаскированного оружия стояли дальше, чтоб лазутчики никак не могли незаметно к ним пробраться.
– Стой, кто идет? – заорал караульный, «вдруг заметивший» врага."
"Охрана принялась стрелять, спешно перезаряжая ружья и «прицельно» метясь в воздух, чтоб не дай Бог случайно не задеть таких полезных шпионов врага. Шустрые пустились наутек.
– Ты пока сидел копны пересчитал? – прохрипел на бегу первый солликиец.
– Тридцать штук!!! – выдал в панике второй.
– Твою ... и... всех... на...!!! Откуда... б.
.. х...., а?! – смачно высказался первый.
– Х... знает, откуда! Тикать надо! Как доложим – так сразу и тикать! За нами лес отличный, ровный, редкий, как по дороге зимой тут прошли.
«Верно-верно, именно в лесок вам и надо – болота, знаете ли, вас заждались, – беззвучными прыжками неслась Лара параллельно парочке разведчиков и вслушивалась в их речи. Ее надежда, что Леону удастся так запугать противника, что тот сдастся без боя, понемногу крепчала. – Вот провожу вас до командного пункта, послушаю, как начальство на ваши вести отреагирует – и побегу опушку леса прочесывать – киллера искать.
Ни секунды покоя,
ни минуты покоя,
видно это война,
видно это судьба,
вот что это такое...»
– напевала про себя Лара, пробираясь ползком под телегами и за палатками вслед за солдатами.
Когда двое шпионов вернулись на командный пункт солликийцев, их встретили мрачные взгляды командиров, полные безнадежности и смертной тоски. За спинами командиров навострили уши уже перепуганные солдаты.
– Ну, что там? – последняя надежда на чудо светилась в глубине глаз генерала Герстена.
– Пушки. Тридцать штук. Лично лазил и под сеном все осмотрел, – доложил солдат и рискнул добавить свой комментарий: – Уходить надо, ваше высокородие, нас тут как выводок цыплят перед званым обедом прибьют.
Герстен скорбно посмотрел на свои пять пушек: не судьба им пробивать стены крепости, не судьба.
