Все засады были устроены, все детали возможного развития событий обговорены. Солнце неумолимо приближалось к зениту.
Леон спешился, бросил поводья Огасту и собрался выйти на опушку лесочка к подножию холма.
— Что это такое маленькое и черное сюда по дороге несется? — озадаченно спросил Еремий, продолжавший смотреть на холм в подзорную трубу. — Осторожно несется, все ловушки огибает.
Все, кто имел при себе подзорные трубы, тоже всмотрелись в ландшафт холма.
— Странно, похоже на…
— КОШКА! — завопил Огаст, выронив трубу из рук.
— Черт меня побери, если это не наша Кошка, ваше высокородие! Слава Богу, не ее зарубили на площади, значит, обознались мы давеча!
Леон не поверил своим глазам: действительно, к нему во весь опор мчалась его Кошка. Участок с ямами закончился, и теперь она неслась прямой наводкой к нему, громко мяукая на всю округу.
— Что за кошка? — недоуменно пробормотал Михей в полной тишине, нарушаемой лишь кошачьим воплем. — Почему мои собаки хвосты поджали, за меня попрятались и дрожат, прижавшись к моим ногам?!"
"Огаст посмотрел на него с превосходством знатока и насмешливо глянул на испуганно поскуливающих псов:
— Это НАША Кошка, генеральская!
А кошка уже добежала до Леона и прыгнула в подставленные руки.
Она мурчала и вылизывала его лицо шершавым язычком, а Леон на миг ощутил невероятное счастье: Кошка жива, она к нему вернулась! Все теперь должно быть хорошо, просто обязано быть хорошо! Леон гладил пушистую шерстку, прижимал к себе довольную Кошку, позволив себе на последний миг расслабиться и побыть счастливым.
Солдаты толковали за спиной о том, какая это удивительная животина, поражались, как она смогла сама найти поместье Ардамасов, как сообразила, куда идти следует. И радовались, что она жива.
Впервые в истории появление черной кошки было всеми воспринято как добрый знак. Солдаты даже воодушевились немного.
Леон прижал к себе Кошку в последний раз и ссадил ее с рук на землю:
— Все, полдень.
Я пошел.
Все замолчали. Кроме кошки: та истерически взвыла, бросилась перед Леоном и встала, растопырив все четыре лапки, перекрывая ему путь. Хвост ее заметался из стороны в сторону, рычание из мурлыкающего сделалось басовитым и грозным. Шерсть встала дыбом.
— Ух, какая кошка крупная, — вымолвил ошарашенный всем происходящим дядька Михей. Солдаты Ардамаса наблюдали молча, зная, что кошка — умная и очень необычная животинка.
