Здесь рынок был один для всех, и по нему курсировала пестрая и разношерстная толпа: крестьяне, наемные работники и крупные фермеры, управляющие и аристократы, барышники, купцы и прочие торговцы, лавочники с пирогами и пряниками, пчеловоды с воском для свечей и медом, кузнецы и столяры со своим товаром, уличные певцы и скоморохи, и прочая и прочая… Кого тут только не было! И вооруженной охраны было много: на юге вовсю разбойничали беглые дезертиры обеих армий, так что все купцы приезжали сюда только в сопровождении десятка воинов.
"
"— Не вздумайте в будущем здесь селянкою переодеваться, леди, — строго предупредил Дригор. — Это в Шариле нам повезло, а тут придется целую армию созывать, чтоб защитить вас от множества желающих такую красотку в свою постель заполучить.
От высказывания воина Леон оторопел. Он не страдал скудостью воображения и живо представил себе реакцию шарильских купцов и аристократов на его соблазнительную женушку, одетую в сарафанчик, как беззащитная крестьянка. Как только раньше об этом не подумал?! В нем заклокотало горячее негодование, и он воззрился на невозмутимую жену, выпалив раздраженно:
— Это что еще за желающие, а? Такие подробности вашего похода на рынок ты мне не докладывала!
Лара пожала плечиками:
— Было б что докладывать! Мальчики так быстро всех застращали и меня увезли, что я глазом моргнуть не успела.
— Выкину все сарафаны, — угрюмо пообещал Леон, у которого сердце захолонуло при воспоминаниях о недавних ужасах войны, когда любая простолюдинка запросто могла стать добычей негодяя.
Да и в мирное время многие лорды симпатичных селянок своими любовницами в принудительном порядке делали. — Вздумаешь еще хоть раз такой маскарад устроить — выпорю! На леди никто не покусится, за такое и ее родные, и королевские стражники на куски порвут, это всем понятно, а вот за бедную девушку мало кто заступится.
— Это несправедливо! — возмутилась Лара, в которой встрепенулся юрист из демократического общества.
Мужчины дружно пожали плечами: так есть и дискутировать тут не о чем.
Спешившись с коня, Леон помог сойти на землю Ларе и крепко ухватил за руку супругу, тесно прижав ее к своему боку. Ларе было не сильно удобно так идти, но при малейшей попытке отодвинуться ее только сжимали крепче. Не выдержав, она высказалась:
— Я все поняла, Леон: иду рядом, на буксире. Осознаю, что прыжок на месте ты расценишь как провокацию, а шаг в сторону — как попытку побега! Не сжимай так сильно, синяков наставишь.
