Теперь обратно в этот другой мир уйти хочет, так гляньте своим святым взором — не демоны ли ее сетями опутали?
— Подойди, дочь моя, — отец Никандр поманил к себе Лару. Лара шагнула к старцу и опустилась перед ним на колени, как в фильмах видела. Старец положил сухонькую легкую руку на ее голову и сказал: — Пусть и муж твой подойдет.
Лара перевела его слова Леону, и тот опустился рядом с ней на земляной утоптанный сотнями ног пол. На голову Леона старец возложил вторую руку и углубился в размышления (или видения?).
Прошло несколько минут, прежде чем монах очнулся.
— Демоны над этой душой уже не властны, свободна она от их происков, — известил святой отец. Лара недоуменно вскинула брови, вспомнив о засевшей в ней сущности Дамиана. Сейчас эта сущность затаилась в панике и сидела тише мышки, но Лара чувствовала — демон в ней есть. Старичок увидел ее недоверие и широко улыбнулся: — Не волнуйся, это не власть его, скорее — подчинение. Что-то еще интересует?
Лара не поняла: он шутит?! Да еще много чего интересует, вообще-то! Но ее опередила взволнованная мать:
— Может ли дочь уйти в тот мир? Будет ли она счастлива в том мире?! Может, лучше с нами остаться? Чем плохо у нас, на Земле?! Мужу ее поможем тут и язык выучить, и работу найти.
— Не о счастье дочери ты сейчас печешься, а о себе беспокоишься, о своей тоске по дочке родненькой, — ответил старец. — Благослови свою дочь и отпусти с миром: женщина должна за мужем своим следовать, так спокон веков заведено. Раз судьба ее в другом мире — значит, и жить ей там.
Мать сникла, на глаза ее навернулись слезы.
— Благословляю, — тихо сказала она. — Ничего, мы с отцом тут сами как-нибудь, ничего…
— Зачем же сами? Будет вам дочь, будет. Попривыкнете немного, и все вернется как было раньше, — посмеялся старец. — Будут вам и подмога и утешение в старости.
— Как — дочь будет? — Лара оглянулась на мать. — Мамочка, ты беременна?!
Василий Ильич подхватил покачнувшуюся жену, а старец недовольно покачал головой:
— Не извращай слов моих, девица! Дочь родителям твоим одна судьбой предначертана: это ты, так что ты и будешь, — старец осенил крестным знамением Лару с Леоном и добавил: — Благословляю вас, дети мои, живите мирно и счастливо.
Ступайте с миром!
— Но… — заартачилась Лара, желая расспросить о своей судьбе поподробнее, уж больно противоречивы были сказания монаха, но старец твердо повторил:
— Ступайте с миром!
Ноги сами вынесли Лару из хижины старца. Домой семья Савельевых вернулась в молчании.
