Впрочем, это быстро прояснилось: — Вы хотите меня отправить генерала Ардамаса кормить?!!!
Лара раздраженно фыркнула:
— Вот еще! Своего жениха я и без чужой помощи накормлю!"
"«Нечего всяких красоток в спальню к будущему супругу пускать!» — додумала Лара про себя и продолжила вслух:
— Немедленно беги на первый этаж и вели слугам принести в покои лорда кашу молочную, да суп-пюре куриный, да сухарей белых побольше и чаю черного крепкого с сахаром, ясно?
Фрейлина облегченно закивала кудрявой головкой и понеслась вниз по лестнице.
Остальные леди отодвинулись подальше. Лара окинула их задумчивым взглядом. Леди попятились еще дальше.
— Ничего, если я вас тут, в коридоре оставлю? Это станет не слишком большим нарушением приличий? — спросила Лара.
Дамочки заверили, что не станет, особенно если двери в покои чуть приоткрыть. Самую малость приоткрыть!
«Да ладно, неужели боитесь, что в широкую щель на вас буйный генерал выскочит?!» — посмеялась Лара и шагнула к дверям.
— Выше высочество, — зашептали ей бойцы Леона, — лекарь Нарас еще бутыль отвара противовоспалительного оставил, велел три раза в день принимать по столовой ложке, — и солдаты вытащили из-под полы бутыль и всучили Ларе, с надеждой и верой смотря на нее.
— Отвар, так отвар, — Лара сняла с плеч шарфик, прикрыла им глиняную тару: несет принцесса небольшой кулечек и несет… Кто-то несет в мир свет, кто-то несет добро, а она несет кулечек… Ничего необычного.
Гостиная оказалась пуста. Хмурый Леон обнаружился в спальне на кровати, воистину с завязанными руками, плотно прижатыми к бокам.
Постель была разворошена так, будто на ней оргия десятка дикарей-папуасов проходила.
«Сильно трепыхался», — всплыли в памяти Лары слова солдат.
— Доброе утро! — пропела Лара и заработала неприязненный взгляд от жениха.
— Добро пожаловать на захваченную территорию, ваше высочество, — ядовито процедил Леон. — Извините, что я не при параде!
— Ничего страшного, — невозмутимо отозвалась Лара, — парад мы сейчас устроим. Пересядь-ка в кресло, ненаглядный мой.
Леон недовольно сверкнул серыми очами, в которых сейчас не наблюдалось ни одного проблеска голубого цвета, но перечить сходу не стал.
Наблюдая за тем, как принцесса сноровисто перестилает постель, взбивая подушки и встряхивая покрывала, Леон язвительно осведомился:
— Из-за ваших интриг даже слуги из дворца сбежали?
— Нет, они сбежали из-за твоего скверного нрава, ненаглядный мой. Постель в порядке, можешь снова засесть на ней, как медведь в берлоге.
