Черная моль

И кремовый, такой совсем бледно-кремовый жилет, ну, тот, на котором вышита роза.

— Да, сэр, ваша светлость.

Милорд взглянул на него с тоской.

— Эй, Джим!

— Да… ваша светлость?

— Ты уж прости, но я просто не в силах этого выносить.

— Прошу прощенья, милорд.

— Ну, просто не могу слышать, как через слово ты долдонишь это ваша светлость, ваша светлость!.. Не могу и все!

— Но, сэр… Так что, мне, выходит, можно по-прежнему называть вас просто сэр?

— Да, я предпочел бы именно так.

— О, сэр… спасибо вам, сэр.

Вплетая в парик Карстерса ленту, Джим вдруг замер и Джек увидел в зеркале, как вытянулась у него физиономия.

— Ну, а теперь в чем дело? И куда ты дел мои мушки?

— Вон там, в маленькой шкатулке, сэр… да, вон в той. Просто я подумал… вот заячья лапка, сэр… подумал, что так никогда теперь и не увижу, как вы останавливаете карету, сэр!

Милорд, собравшийся приклеить мушку в нужном месте, в уголке рта, пытался удержаться от смеха, но не выдержал и так громко расхохотался, что звук этот донесся через лестничную площадку до комнаты Майлза.

Тот лишь покачал головой и довольно хмыкнул. Как же давно не слышал он этого звонкого и веселого смеха!..

ЭПИЛОГ

Сидя у окна своего венецианского особняка, герцог Андоверский задумчиво вертел в руке письмо. Почерк на конверте был сестринский. Он глубоко вздохнул, вскрыл сургучную печать и разложил листки на подоконнике."

"«Мой дорогой Трейси,

Итак, вы опять уехали, даже не попрощавшись со своей бедной сестричкой, сэр! Я страшно оскорбилась, но с другой стороны понимаю тебя.

Едва я увидела Диану, как тут же сообразила, что это и есть твоя Темнокудрая Красавица.

Мне ужасно жаль тебя, дорогой. Мне она и самой понравилась, поскольку она действительно хороша собой. Одно утешает: она брюнетка, а я блондинка, так что соперничества, надеюсь, не возникнет.

Возвращение домой превратилось в настоящее событие. Был Эндрю, ну и Дики, разумеется, и я. Была также миссис Фэншо и еще какой-то весьма странный старикан, который просто чуть с ума не сошел от радости при виде Джека.

Потом приехал сэр Майлз с женой, тоже оказались очень славные люди, а отец Дианы и ее тетушка немного буржуазны, но в целом тоже ничего.

Правду теперь знают все, но большинство знакомых восприняли ее спокойно и я практически не замечала, чтоб отношение к нам переменилось. А мой милейший и дражайший Дики так просто рехнулся от радости и вообще он такой душка, что мне даже уже начало нравиться положение отверженной.