– А по-моему, все справедливо, – заметила девушка рассудительно. – Вчера вы возили меня, сегодня – я вас…
Ричард рассмеялся и сел в машину.
…Когда Ксения вернулась, она сразу же обратила внимание на то, что мать молчит и даже не пытается расспрашивать ее, как прошла поездка.
– Все-таки Ричард тебе не понравился, – выпалила Ксения, садясь на диван. – А дом у него красивый, и чувствуется, что слуги искренне привязаны к своему хозяину. Сейчас это довольно редко встречается…
– Какая идиллия, – пробормотала Амалия.
– Помнится, ты упоминала, что у него очень легкие движения.
– И что?
– А то, что для человека, который падал в горящем самолете и переломал себе все кости, это странно. Я уже тогда должна была понять, в чем дело.
– Силу воли в расчет не берем? – воинственно спросила Ксения.
– Сила воли тут ни при чем, – отмахнулась Амалия. – Когда он потерял сознание, я расстегнула на нем рубашку и кое-что увидела. У него верхняя часть тела, особенно с левой стороны, в страшных ожогах, а на предплечьях – следы уколов.
И на руках – тоже.
Ксения застыла на месте.
– Ты хочешь сказать, что Ричард… Что он – наркоман?
– Не по собственному желанию, скорее всего. Я полагаю, он колется, чтобы снять приступы боли, потому что такие страшные травмы, которые он перенес, не обходятся без последствий. А так как наркотики создают, как бы это выразиться, позитивный настрой, именно поэтому на людях Ричард выглядит… ну… таким, как ты его описала. Излучающим обаяние… и так далее. На самом деле он несчастный человек, который в своем клубе создал себе такой вот островок счастья.
Это, конечно, искусственное счастье, – серьезно добавила Амалия, – потому что в итоге, с какой стороны ни посмотреть, получается, что он отворачивается от реальной жизни, но именно это ему и надо. То, что с ним сотворила жизнь, мы с тобой уже слышали сегодня. – Ксения подавленно молчала. – Не обижайся, но обычный англичанин не поехал бы поздно вечером в субботу с незнакомой девушкой на окраину Лондона. На такие поступки способен только тот, кому в принципе нечего терять.
– Ты мне советуешь забыть о его существовании? – тихо спросила Ксения. – Так, что ли?
– Где и когда я об этом говорила? – вздохнула Амалия. – Я просто считаю, что ты имеешь право знать. По крайней мере, он не производит впечатление человека безответственного. Он не связал себя ни с какой женщиной, отлично понимая, что ей придется перенести из-за него. В свете это истолковали как ветреность, но дело-то совсем в другом.
