Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

– Если сложить всё это в комод, – задумчиво произнёс Гейб, – то Роджер не заметит подвоха до тех пор, пока не соберётся надеть чистое белье после душа. Как бы я хотел стать мухой на его стене, чтобы видеть его реакцию.

– Что-то мне подсказывает, дядя Гейб, что если ты и не сможешь увидеть папину реакцию, то услышать её тебе ничто не помешает.

– Пожалуй, это верно. Главное, чтобы я в тот момент был в Долине.

– Гейб, – не выдержала я. – А за что ты мстишь Роджеру?

– Нет, Миранда, эту историю я унесу с собой в могилу, – мне показалось, или его щеки слегка покраснели.

– Просто поверь, что он это заслужил. И, в принципе, ещё легко отделается.

Моё любопытство было разбужено, но я понимала, что сейчас он нам точно ничего не расскажет. Может, как-нибудь потом, наедине? Ладно, подожду.

Быстро выбрав для Роджера обувь, мы отвезли и эту тележку к кассе, оставив рядом с первой, потом взяли ещё одну и направились в детский отдел.

Здесь мы задержались подольше. Для себя я брала едва ли не первое попавшееся под руку, глядя только на размер, а вот для Вэнди мне захотелось выбрать что-нибудь покрасивее.

А после этого мы ещё прикупили новой одежды для Мелкого, на случай, если он всё же существует. Не зная точного размера ребёнка, мы брали одежду на глазок, набрав всё необходимое, от трусиков до тёплых курток пяти разных размеров. Гейб может это себе позволить, к тому же, насколько я знала, в Долине был ещё один ребёнок, годом младше Мелкого, и то, что не пригодится, можно будет отдать ему.

Уж не знаю, что именно подумала кассирша, пробивая мужские трусы и носки, но взгляды, которые она бросала на Гейба, были весьма красноречивыми. А он сделал каменное лицо, но слегка покрасневшие скулы давали понять – он осознал, что пытаясь разыграть Роджера, сам подставился по-полной. Мы с Вэнди хихикали втихаря возле своих тележек, и, судя по сердитым взглядам в нашу сторону, Гейб прекрасно нас слышал.

Я собиралась сама оплатить свою одежду, но поняла, что смогу сделать это только с большим скандалом, и Гейб недвусмысленно дал мне это понять.

И я решила плюнуть на свою гордость и позволить ему сделать это, тем более что всю остальную одежду он так же оплачивал сам, и мне это не казалось неправильным. Ладно, раз уж я теперь тоже член семьи…

Поняв, что на этот раз настоял на своём, Гейб стал улыбчивым и благодушным. Игнорируя взгляды кассирши, он расплатился и снова велел всё упаковать и доставить в его офис.