Черная смерть (СИ)

Подошёл к стоявшей на коленях Айлин и взял её под локоть."

"— Давай. Вставай, потихоньку, — я слегка потянул её вверх. Девушка застонала. Но всё-таки начала подниматься.

— Ген… ри… Мне… Плохо… — слова давались ей с трудом. Свободной рукой она держалась за живот.

— Всё хорошо. Всё уже кончилось, — Я придержал её за плечи, помогая ей удержать равновесие, — Сейчас. Ещё немного и отпустит.

— Не могу… Живот крутит, — девушку начало трясти, — Отойди. Отойди пожалуйста, а не то я тебя сейчас…

Она не договорила.

Рвотный спазм согнул её пополам. Я не отошёл. Одной рукой придерживал за плечи, другой за талию, не давая ей упасть в лужу собственной блевотины. Длилось это долго. Сначала на камни выплёскивался завтрак. Потом вода вперемешку с желчью. Под конец пошли кровавые сгустки.

— М-м-м… — застонала девушка, пытаясь разогнуться. Я помог. Как сумел. Самого качало из стороны в сторону, а из носа не переставала идти кровь, — Отойди… Прошу тебя…

— Ты на ногах не стоишь. Не дури.

— Я не хочу… Не хочу, чтобы ты видел меня… такой.

— Брось, — отрезал я, придерживая её за плечи, — Ты из под меня… Дерьмо выгребала… — Слова давались с трудом. В горле застрял мерзский, липкий комок, который никак не хотел проскакивать дальше, — А теперь комплексуешь из-за такой мелочи.

— Я просто… — девушка не договорила. Спазм снова согнул её пополам. Но на этот раз рвоты уже не было.

К месту побоища понемногу стягивался народ. Бегали бойцы ордена, то и дело на носилках вытаскивая своих раненных к краю площади.

Там за бедолаг сразу же принимались лекари. Бинтовали им раны, накладывали швы. Из проулков и домов выходили ошалевшие от происходящего горожане. Бродили по залитой кровью брусчатке, перешагивая через трупы. Искали своих. Возле статуи богини-матери выла женщина. Она сидела на коленях, держа на них голову ребёнка. Тело лежало рядом. Рядом наклонился какой-то мужчина в богато-разукрашенном кафтане. Он тряс за плечи лежавшую на земле женщину. Что-то беззвучно шептал. По щекам у него катились слёзы.

Со стороны знамённой площади показался отряд городских стражников. Два десятка бойцов в кирасах и с алебардами наперевес. Они принялись пинками и затрещинами распихивать копавшихся среди трупов и разбросанного добра горожан, прокладывая себе дорогу к трём статуям. Видать очень спешили на битву. Так спешили, что подошли только тогда, когда всё уже закончилось.

— Генри… — девушка снова распрямилась.