Тогда тебе сок, а мне текилу. И попроси повара, чтобы что-нибудь приготовил, только не мясное, – она направилась в бассейн, собираясь немного сбросить напряжение в прохладной воде. – Что-то совсем мяска не хочется…
– Еще бы! Такой шашлык зажарили! – понимающе кивнул телохранитель, направляясь в кухню.
Поплавав минут двадцать, Марина пошла в душ, где под горячими струями совершенно расслабилась, вспоминая, как лежала в джакузи у Малыша. Странное дело, за этот год с небольшим она перестала вспоминать Волошина, хотя на кладбище к нему ездила регулярно, особенно в тяжелые моменты.
Ей казалось, что под черным мрамором они лежат вдвоем – Федор и Олег, у которого не было и не могло быть могилы. Марина разговаривала с ними, просила советов, жаловалась… Мастиф издевался сначала, а потом перестал.
Свою прежнюю жизнь она тоже не вспоминала, да и была ли она на самом деле, эта жизнь? Казалось, ее место всегда было здесь, среди отморозков, телохранителей, разборок, в этом коттедже, и каждый ее день наполнен риском быть взорванной в машине или получить пулю в голову.
Она стала жестокой настолько, что иногда, осознавая это, сама себе удивлялась. Вокруг то и дело гибнут люди, а она стоит себе под душем и даже не переживает, что пару часов назад отправила на тот свет десять человек, двое из которых – просто несчастные проститутки, волею судьбы оказавшиеся у нее на дороге. Черт…
– Марина Викторовна, у вас все в порядке? – постучал Рэмбо.
– Да, я выхожу. Как ужин?
– Готово все.
В халате и с мокрой головой Коваль спустилась в гостиную, где был накрыт стол.
– Садись, – пригласила она стоящего в дверях Рэмбо. – Моя охрана всегда обедает со мной, такая у меня причуда – не могу есть одна.
Он присоединился, как Марина успела заметить, не без удовольствия. Налив текилу, она повертела стакан в пальцах, выпила, даже не поморщившись.
– Как вы ее пьете? – скривился Рэмбо, отпивая апельсиновый сок. – Ведь чистый самогон!
– Не знаю, сама проскакивает. Меня процесс увлекает больше, чем состояние. И потом, это нормальная, дорогая текила, а не та моча, что продается в ларьках, у нее вкус совершенно другой, – просветила хозяйка, уплетая салат и только сейчас понимая, как проголодалась.
Еще пара стаканов любимого напитка довела ее до нужной кондиции. Марина закурила и включила телевизор:
– Как думаешь, наш покойный друг уже стал сенсационной новостью?
Ответить Рэмбо не успел.
– … и срочное сообщение. Сегодня в двадцать два часа в сауне «Кедровый лес» произошел крупный пожар.
