Егор ухаживал за женой, как нянька, всячески баловал, стараясь угадать любое желание, исполнить любой каприз.
Новый год они встречали вдвоем. Марина все еще плохо чувствовала себя, сидела у камина в теплом свитере и меховых тапочках. В углу переливалась огнями небольшая елка, наряженная заботливыми руками мужа. Все было так мило, семейно, спокойно… Любимый человек был рядом, согревая Коваль своей улыбкой и постоянным вниманием. А что еще нужно для счастья каждой женщине?
Егор сидел с бокалом виски у ее ног и оживленно расписывал красоты Венеции, куда собирался свозить жену, как только она поправится окончательно:
– Это же город любви! Представь только, как замечательно заниматься ею, глядя на воду…
– Ну да, – смеялась она.
– На глазах изумленных гондольеров, например, – ведь ты это имел в виду?
– А пусть завидуют!
– Малышев, ты маньяк!
– Знаю, детка, знаю!
Он погладил ее по ноге, прижался к ней лицом. Марина примерно догадывалась уже, к чему он клонит, и чем хотел бы заняться прямо сейчас – ему подарили шикарную медвежью шкуру, она лежала перед камином, занимая огромное пространство, и Егор поглядывал на нее оценивающе, словно что-то прикидывал в уме.
Коваль с улыбкой наблюдала за ним.
Муж подбросил в камин еще дровишек, стало совсем жарко. Марина решилась стянуть с себя свитер, Егор с удовольствием помог, стащив заодно и брюки с тапочками. Из-под кресла появились белые лодочки на шпильках. Коваль сидела в белом французском белье и этих туфлях, лицо без косметики казалось совсем бледным.
Егор осторожно опустил жену на шкуру, изогнув в какой-то причудливой позе, а сам отошел к стене, выключив свет и любуясь отблесками горящего в камине огня на ее теле.
– Тебе не холодно?
– Даже жарко уже, – прошептала Марина, чувствуя щекочущее прикосновение меха к коже.
– Как же ты хороша, детка, – вздохнул муж, продолжая смотреть на нее. – Как же я хочу тебя, такую вот…
– И в чем дело? Что останавливает тебя?
– Твое новое белье! Не люблю белое белье, оно не годится для тебя, дорогая, – пробормотал он, раздирая дорогое лионское кружево в клочья.
Они занимались любовью до утра, прерываясь только на текилу, виски и сигарету, причем непременно одну на двоих.
– Хорошее начало года, – усмехнулась Марина, пробежав пальцами по седым волосам мужа. – Похоже на то, что весь год только этим и будем заниматься!
– Чем этот год отличается от предыдущих? – засмеялся утомившийся Егор.
