– Девочка, мне тридцать девять лет, и ни разу в жизни никто меня так не отделывал."
"– Это еще не все! – улыбнулась она.
– Нет уж, хватит с меня…
– Не бойся, ты сильный, ты выдержишь еще много… – прошептала она ему на ухо, слегка прикусив мочку. – Я же обещала, что ты запомнишь меня на всю жизнь…
В эту безумную ночь, полную необузданной страсти, Коваль подарила Егору такой кайф, который ему прежде только снился. Она и сама удивлялась тому, что выделывала – никогда прежде не отдавалась так, как сегодня. Ее новый знакомый возбуждал в ней все более сильное желание, не только не ослабевающее, а, наоборот, усиливающееся с каждой минутой.
Что это было – трудно сказать…
Только к утру Коваль оставила в покое Малыша, выжав из него все соки до последней капли, и сама упала рядом почти в обмороке.
Они спали до обеда, сплетясь в объятиях, не желая расставаться. Едва открыв глаза, Малыш начал целовать ее в губы, бормоча под нос:
– Пожалуйста, не уезжай, останься, я сделаю все, что ты попросишь, я буду любить тебя, носить на руках.
Ты моя, я не отдам тебя этому старому козлу Мастифу, потому что он тебя недостоин. Не уходи… Я не отпущу тебя…
– Ты не сможешь, – проговорила спокойно Марина, не открывая глаз.
– Я?! Ты недооцениваешь меня! Да, я уже не положенец, но кое-какой вес имею. Захочу – и не уйдешь.
– Я и не хочу уходить, – вдруг призналась она, удивляясь собственной наглости. – Дело в другом, Егор, – я не свободна, у меня есть определенные обязательства перед Мастифом, я не могу их нарушить.
И тут он сказал:
– Так ты просто подстилка, девочка, а я-то случайно принял тебя за женщину своей мечты.
Ахнув его по щеке со всей своей силы, Марина шарахнула дверью спальни так, что замок повело и заклинило. Кое-как набросив свои тряпки на лестнице, она вылетела во двор и ударила ногой фару «мерина». Заорала сигналка, тут же появился водитель Саня:
– Что, Марина Викторовна?
– Домой! – завопила она на весь двор. – Живо!
Охрана выбежала, одеваясь на ходу, попрыгали в джипы, но ворота были заперты.
– Ломай! – приказала Марина Каскадеру, закуривая.
– Но… – начал он, и она рявкнула еще громче:
– Ломай, сказала!
Саня протаранил ворота, вылетая на трассу.
– За нами гонятся, что ли? – спросил Кореец, оглядываясь.
– Рот закрой и на дорогу смотри! – неласково посоветовала хозяйка, которую и без его участия немного потряхивало от нервного напряжения. – Много вопросов стал задавать.
Кореец заткнулся, недовольный.
