Черная вдова ищет мужа

По тому, как в следующий миг раздался оглушительный свист и лошади ускорили бег, я поняла, что мои слова достигли цели. Но это нисколько меня не успокоило. Наоборот, с каждой секундой сердце все отчаяннее барабанило в груди, а ладони начал покрывать холодный липкий пот.

Восходящее солнце без зазрения совести заглядывало в окошко, когда экипаж наконец-то прибыл в порт. Несмотря на ранний час, здесь было очень оживленно. Горластые чайки вопили со всей мочи, волны бились о причал, поднимая в воздух облако радужных брызг.

Кареты приезжали и уезжали, подвозили все новых пассажиров, основная часть которых без промедления устремлялась на набережную. Но были и те, кто прощался с родными, приехавшими поддержать их перед дальним путешествием. Одни проводы сопровождались громкими рыданиями, другие – заливистым смехом. Мало кто оставался равнодушным в такой ситуации.

Я забрала вещи, поблагодарила кучера и поспешила к причалу. Несколько парусных кораблей готовились к отплытию. Но куда они направлялись? И как узнать, который из них мне нужен?

Маневрируя между сгрудившимися лэрдами и нирами, я то и дело натыкалась на чьи-то локти, за что нередко вознаграждалась нелестными отзывами.

Хотя бранные словечки и так доносились отовсюду – по всей видимости, иначе у матросов дело не спорилось.

Я с удивлением наблюдала за тем, что берут с собой на борт пассажиры: увесистую мебель, несметное количество сундуков, из некоторых контейнеров доносились собачий лай и лошадиное ржание. А на одном судне мне на глаза попалась даже карета.

Эта картинка сильно рассмешила меня."

"Однако уверенность в положительном исходе затеи растаяла, едва я обошла все корабли. Как оказалось, ни один из них не отплывал сегодня в Бангвиль. Он ушел вчера утром, еще до взрыва на пороховом складе. Следующее судно должно было отправиться в путь только через неделю. Значит, Марк выбрал другую страну для побега. Та же история вышла с Дариттоном, где предположительно жила тетушка Амелия.

Время между тем истекало.

Я понимала, что если в ближайшие минуты не узнаю, на какой корабль сел Марк, то опоздаю и, возможно, уже никогда больше не увижу мужа. Тогда я решила изменить тактику – отыскать его по имени. Вариант был не очень эффективным, ведь Уэст мог назваться каким-нибудь Себастьяном или Логаном, но другого я не придумала.

– Женщина! – прозвучал позади грубый мужской голос, а затем чья-то грубая ладонь уверенно легла мне на плечо, едва я вновь поднялась на борт «Дюгона».