Её иллюзии, её мечты, её любовь.
И её ребенка.
Наконец, Лена утихомирилась. Она снова вернулась в кресло, снова плюхнулась в него и потребовала:"
"— Рассказывай. Всё. И по порядку. Видимо, я что-то упустила….
Конечно, упустила. Но об этом Даша вслух говорить не стала. Они дружили целую вечность, и первые воспоминания Даши о себе были неизменно связаны и с Леной. Школа, университет, всё вместе, а теперь…. Теперь в жизни одной из них появились ситуации, о которых та неизменно, раз за разом умалчивала. И вот результат: ночь, две подруги, два пустых бокала, слезы, недоуменный взгляд и телефон, как вестник чего-то рокового.
— А можно мне кофе, только крепкого и с сахаром?
— Ты же пьешь без сахара….
— А сейчас хочу с сахаром.
Пока Лена громыхала посудой на кухне, а делала это она сознательно громко, выражая протест сложившейся ситуации, Дарья собиралась с мыслями.
Она находилась в доме, где её любят и никогда не обидят, где не нагрубят и не скажут: «Пошла отсюда». Сейчас вернётся родной человечек, который сделает всё, что бы ей помочь.
Но было нечто, что мешало. В чем дело? Почему она по-прежнему чувствует себя одинокой, по-прежнему сомневается?
Даша устало прикрыла глаза и снова повторила, что всё будет хорошо. Синяки и ссадины, нанесенные Димой, уже не так сильно болели.
Никто подобного не ожидал. Муж точно обезумел. Какой дьявол в него вселился? Или она просто долгие годы не замечала этого дьявола, живущего рядом? Хотя стоило только вспомнить, каков он иногда бывал во время секса….
Лена вернулась с бокалом дымящегося напитка.
— Держи, только не обожгись, знаю я тебя, сейчас пищать будешь, что горячий. А я себе, пожалуй, ещё мартини налью.
Вся поза Лены говорила, что она ждет, что давно пора приступить к рассказу. Только Даша не решалась. Она снова ни на что не решалась. Да когда же это кончится? Когда она почувствует свободу?
— Дима не хочет ребенка, — наконец очень медленно произнесла Дарья.
— Ну, это, милая, я и без тебя догадалась. По-моему, если мне не изменяет девичья память он никогда и не горел желанием завести потомство, и ты, позволь напомнить, раз уж пошла такая пьянка, с ним не особо спорила.
— Да, но…. Господи, Ленка, я не ожидала…не ожидала, что он так разозлится, в него точно бес вселился…. Я испугалась, я по-настоящему испугалась.
— Ха, я удивлена, что ты только сейчас испугалась, а не в тот момент, когда под звуки марша Мендельсона говорила «да». Дашуль, извини, я, кажется, глупость сморозила. Извини ещё раз.
— Ничего….
