— Ты мне не веришь? По глазам вижу, что не веришь…, - Андрей, не переставая улыбаться, приблизил лицо и игриво потерся носом о носик Даши. Его шутливый тон принимал эротический оттенок.
И когда его губы прикоснулись с Дашиными, та поддалась искушению, и ответила на его поцелуй. Щетина на подбородке Андрея показалась ей мягкой, а её прикосновение таким естественным….
Андрей прижался к ней плотнее. Он по-прежнему оставался обнаженным, на нем не было даже плавок. Даша крепко обняла его за плечи и с удовольствием почувствовала тяжесть его тела.
Прикосновение Андрея становилось всё более интимным, и он явно собирался продолжить то, что начал вчера ночью. Он собирался снова пробудить в Даше страсть….
Та растворялась в его ласках, ей нравились грубоватые прикосновения его ладоней, она с тайным удовольствием ощущала силу его бедер.
И силу его желания.
Даша прикрыла глаза, ей сейчас хотелось только одного — раствориться в желании мужчины. Но было маленькое «но», про которое не следовало забывать.
Она положила руки на его плечи, удерживая их, и с явной неохотой прервала поцелуй.
— Что такое…, - пробормотал Андрей, всё еще продолжая покрывать лицо Даши легкими поцелуями.
— Андрюш… постой… не надо….
Он не сразу отреагировал на слова девушки. Некоторое время его ласки продолжались, и лишь после того, как она отвела лицо в сторону, не позволив поцеловать, он поднял голову.
И выглядел Андрей недовольным.
— Я обидел тебя? — первым делом спросил он.
Даша постаралась улыбнуться, как можно ласковее.
И почему мужчины в постельных вопросах бывает до крайности обидчивыми и ершистыми? Точно малые дети.
— Конечно же, нет. С чего ты решил?
— Или тебе, может быть, не понравилось?
Ещё один мужской пунктик.
Даша снова покачала головой и погладила Андрея по щеке. Его тело напряженно застыло рядом.
— Зачем ты об этом спрашиваешь? Ведь сам знаешь, что понравилось. И очень. Ты… ты заставил меня забыть обо всем. Я тебе очень за это благодарна, и….
"
"Андрей её не дослушал, демонстративно откатившись на свою половину кровати.
— И что? — он разозлился и не скрывал этого. — Что ты решила? Что наступило утро и с ночными приключениями покончено? Что мимолетная страсть прошла?
— Да нет же! Почему ты меня всё время перебиваешь и не даешь сказать до конца? — Даша положила ладошку на его грудь. — Перестань хмуриться и обижаться, точно пятилетний ребенок. Твоё поведение иначе, как ребячеством не назовешь.
