Чёрное. Белое

Только как я ни стараюсь снова поставить личность Марка на полку плохих людей и лицемерно сказать, что мужчина наградил меня опытом, ничего не получается. Да, он не подарил мне счастья в моем вчерашнем понимании этого, но в том не его вина. Я сама, испугавшись произошедших со мной событий, залезла, словно улитка, в домик и не высовывалась и оттого не смогла разглядеть, что счастье было так рядом. И даже сейчас, несмотря на всю нашу непростую ситуацию, Марк, продолжая заботиться обо мне, невольно подпитывает чувства, которые я желаю убить.

Так разве он плохой человек?! Нет! Просто не свободен, а мне надо срочно что-то делать со своей любовью. Быть второй после его жены – не моя история."

"Говорят: клин клином вышибают. Никогда не проверяла, не было повода, но сейчас, когда Макар прожужжал все уши, что хочет встретиться, я решаю опробовать эту теорию, ведь надо продолжать как-то жить, а не ждать у моря погоды. Только почему-то, торопясь к нему на свидание после репетиции нового танца, я поглощаюсь таким чувством, будто забыла свое сердце в шкафчике, в гримерке, и опустошенная еду, куда совсем не стоит.

Нет, Мак хороший, веселый светлый парень, если рассматривать под углом все той же маминой теории, и я нравлюсь ему, я это чувствую, но как-то не могу я представить его даже на том месте, что недавно я позволяла занимать в моей жизни Марку.

Вижу Макара издалека. Черная кожаная куртка, синие джинсы и сияющее, как солнце в небе, лицо.

Пытаюсь настроиться на приятное времяпровождение, вытряхнуть из головы все лишнее и надеваю на себя приветливую улыбку.

Объятья, скромное прикосновение губ к губам, переплетение пальцев. Все хорошо, только вот мне как-то совсем не радостно. Я словно насилую саму себя, изображая эмоции, которых нет.

Полупустой зал кинотеатра, полумрак… Вроде бы расслабляющая романтическая обстановка, но я сижу точно на иголках. Особенно после того, как парень решил приступить к действиям, и рука, обнимающая меня, то невзначай касается моих волос, вызывая испуганные мурашки, разбегающиеся в разные стороны, то щеки или шеи, а другая скользит по ноге, все ближе и ближе двигаясь к запретной зоне.

Пытаюсь расслабиться, получить удовольствие от прикосновений, но пока не выходит, и несмотря на то, что Марку я позволяла гораздо больше, с Макаром я по-прежнему сижу, как будто в кресле дантиста, и напряженно жду его следующих манипуляций.