Чёрное. Белое

– И выглядишь всегда на сто процентов!

– Это все так, но я девочки сильно устаю и употребляю много алкоголя! – признаётся молчаливая брюнетка, собирая насмешливые взгляды, а я озвучиваю свои страхи:

– А как насчет безопасности?

– В некоторые вечера охрана буквально не успевает оттаскивать перевозбужденных клиентов от девочек.

– Злата! – накидываются на нее девушки.

– Зачем ты ее пугаешь?!

– ЧП бывают, но редко, – успокаивает меня Надя, а Матильда продолжает:

– Пока ты находишься в клубе – гости нестрашны.

– Кроме того, с любой можно договориться – в клубе есть отдельная комната, в которой за обговоренную сумму девушки исполняют приватные танцы.

– Злата, давай про приват потом.

В гримерку снова заходит Маргарита.

– Готовы?! Встаем, подходим и на выход.

Артистки поднимаются и, демонстрируя ей по очереди свою готовность, исчезают за дверью. Я выхожу из комнаты последней и на одеревеневших ногах иду за Надей в зал навстречу своим страхам, неся как на плаху свою уже порядком потрепанную нравственность.

– Расслабься, ты должна быть максимально сексуальной, твоя задача – заинтересовать мужчин. Ходи, смотри и улыбайся! Если позовут, садись и поддерживай беседу.

– Хорошо.

Я пытаюсь заставить себя расслабиться, чтобы меня покинула нервная дрожь, пробирающая тело, но у меня плохо это получается. Через какое-то время музыка приглушается, и звучит призывное объявление первых артисток.

На сцене появляются две эффектные девушки, которых не было в нашей гримерке, и, улыбаясь, начинают сексуально двигаться.

– Красиво! – невольно вырывается из меня похвала, которой я делюсь с подошедшей Надей, когда ближняя к нам танцовщица завершает свое выступление. Ее уровень общения с пилоном – космос. Мне до такого расти и расти.

– Да. А теперь ты сама знаешь, как непросто сделать, чтобы было также легко и красиво.

– Да, – выдыхаю я, вспоминая, чего мне стоило освоить азы прокруток, а подруга продолжает:

– А многие думают, что стриптиз – это когда какая-то шлюха лифчик снимает, что в нем нет ничего интересного.

Я киваю и осматриваюсь уже более смело. Приглушенный свет, освещенная сцена с двумя пилонами, находящимися в объятьях танцовщиц, столики, диванчики, мужчины со спутницами и без, артистки, с улыбками порхающие между ними, как разноцветные красивые бабочки.