Марина вон уже двоих убила.
— Может, не она.
— Может, — пожимаю я плечами. — Я своих парней пару машин привезу на всякий случай, но поставлю в сторонке, чтобы не светить. А вы людей найдёте для наблюдения? Нужны профики, но чтобы не через седьмое, или какое оно у вас там, управление."
"На следующий день в двенадцать часов я захожу в дом номер шесть по Лесной улице на Белорусской. Меня сопровождает Лёха. Алик остаётся в тачке. В подъезде сухо, холодно и неуютно. Будто это Бастилия или ещё что-то такое. Пахнет подвалом.
Мы поднимаемся на третий этаж. Открываю своим ключом дверь конспиративной квартиры.
Здесь всё очень прилично и даже, на удивление, нет запаха застарелого табака. Я прохожу и осматриваюсь. Кухня с простой мебелью. Есть чайник со свистком, чашки, сахар и растворимый кофе.
В гостиной диван, кресло, журнальный стол и румынская стенка, как у Платоныча. На полу паркет в ёлочку, на стенах недорогие обои в цветочек. Кладу на столик дипломат, открываю крышку и вынимаю коробочку, взятую утром у Злобина.
Щёлкаю тумблером. Средство РЭБ.
Заглядываю в спальню. Там стоит большая явно импортная кровать. Плацдарм для эффективной вербовки. В общем, всё хорошо, жить можно, всё необходимое имеется.
Раздаётся звонок в дверь. Алексей открывает и впускает «покупателя». Немолодой джентльмен в костюме, лёгком пальто, шляпе и тёмных очках. В руке светло-коричневый портфель из кожзама. Кличка Майор, косит под офицера запаса. Отлично.
— Кофе будете? — спрашивает нас Лёха.
Почему бы и нет.
Берём чашки и садимся в гостиной. Ну что… Приступим к сделке. Я кладу на стол свой сумасшедший перстень и пачку денег. Подождём минут десять и будем выходить. По одному, как революционеры-подпольщики…
Будет ли реакция, не знаю. С какой стороны, в какой форме — ничего неизвестно, но мы готовы ко всему…
Время идёт. Тик-так, тик-так, громко тикают настенные часы на батарейке. Красная секундная стрелка нервными рывками идёт по кругу. Тик-так… Тик-так…
И вдруг… Резкий и долгий звонок и сразу стук в дверь.
— Кто там? — спрашивает Алексей.
Сто грамм, отзывается в голове…
— Мосгаз! — доносится грубый голос из подъезда…
19. Готовь ледоруб весной
— Ну что, Майор, — киваю я покупателю. — Готов потрудиться ради денег?
— Ради денег, молодой человек, — кивает он. — Исключительно ради денег. Всё ради них, окаянных. Риски, авантюры и волнение в крови. Всё ради презренного металла…
В дверь снова стучат.
— Да что вам нужно! — кричит Лёша.
