— А вы людям этим доверяете?
— Я только тебе, Брагин, доверяю во всём мире, понимаешь? — улыбается он своей фирменной улыбкой.
— Ага. А я вам.
— Вот и отлично. Значит, едем дальше. Звони грузину и договаривайся на завтра. Пульман всё сделал. Даже спец не отличит, а всякие поварята и уркаганы — и подавно. Сечёшь, Егор? Как настоящая. Может нам все аукционные дома мира забить этими бурбонскими лилиями?
— Нет, все не надо, — мотаю я головой. — Тем более, камни же мы дешманские поставили, а с ними далеко не уедешь…
Он включает радио и оттуда, будто диктор специально дожидался этого внеочередного включения, сразу раздаётся:
— В эфире «Маяк»!
— Продолжаем разговор, — кивает Де Ниро и поддаёт газу.
— Смотри. Грузин приедет с небольшой охраной. Человека три-четыре. Он непуганый, верит в свой авторитет и не знает про твою армию.
— Армия-то пригодится ещё, учитывая, что Поварёнок, в отличии от Давида, как раз очень даже пуганый, — замечаю я.
— Поварёнок пуганый, да, — соглашается Злобин. — Поэтому он перестрахуется.
— Мне кажется, что второй раз на те же грабли он наступать не будет, — качаю я головой. — То есть второй раз по одной и той же схеме его развести не удастся.
В прошлый раз он явился за лилией на встречу с Назаром Лимончиком. А там его накрыл якобы спецназ КГБ.
— Но схема-то только на первый взгляд такая же, как в прошлый раз, — возражает Злобин. — Смотри, в этот раз он будет думать, что сам наносит неожиданный удар. Он же не догадывается, что ты знаешь о прослушке и даёшь информацию специально для него.
Поэтому, услышав, что ты договариваешься о передаче лилии с Давидом, он устроит свою собственную операцию.
— Это да, — соглашаюсь я. — Он должен будет что-то предпринять. Либо напасть на меня до встречи с Дато, либо появиться в момент передачи.
— На мой взгляд, он появится во время передачи, когда лилия будет точно у тебя. Скорее всего, он совершит налёт силами оперативников. Я уверен, что для прикрытия, он подготовил какое-нибудь тухлое дело, в рамках которого он тебя с грузином хочет взять.
Грузин его, скорее всего, не интересует, поэтому он его хлопнет на месте.
— Тогда ювелир тоже под угрозой, — хмурюсь я.
— На самом деле, не думаю, — качает головой Злобин. — Он же не знает, что ювелир сам брошь изготовил. Поэтому устранять его совершенно незачем. Наоборот, он может пригодиться. Хорёк на тебя злой, поэтому будет пытаться навешать всех собак. А для этого и показания ювелира могут пригодиться.
