Но, редко кто из них испытывал настоящее расскаяние за свои дурные поступки, они наказывали себя не потому, что по-настоящему считали себя виноватыми, не по людским законам, по собственным, а потому что испытывали страх, что страшного наказания за эти поступки, которые сами они грехом не считают, они могут не избежать. Но, и их попытки были напрасны. Бога нельзя обмануть. Как нельзя было пока что обмануть и болезнь, люди пытались прятаться от нее, запирались в домах и никого не пускали, но она заставала их и там.
А некоторые наоборот, начинали напоследок грешить без удержу, срывая с себя все привязи условностей и морали. Люди теряли человеческий облик и саму человеческую сущность."
"Неизвестно, сколько семей сейчас лежат мертвые в запертых домах, в которые часто не решались заходить даже мародеры, не говоря уже о могильщиках, священниках и тех, кто занимался свозом и похоронами трупов. У них, у тех, что еще были живы, и так было слишком много работы. Чума убила и свела с ума множество людей.
В общие могилы сваливали не только трупы бедняков и бывших людей неопознанных по одежде статусов, туда же сваливали и просто закапывали без всяких могильных камней даже трупы в богатых одеждах. Некогда было разбираться куда и в чью семью отправлять богато одетый труп, да некому, и не на чем. Повозки разбирали с драками для того, чтобы уехать из чумных поселений. У тех священников, кто еще чувствовал свой долг перед умирающими тоже не было сил и времени заботиться о мертвых, они пытались использовать то немногое оставшееся им время, чтобы позаботиться о душах еще живых.
Сильно пострадал и Орден. К настоящему времени от общей численности Ордена оставалась одна треть. В то же время, отдельные территории — например, их земли и окрестности — не пострадали. Некоторые земли отделались малыми жертвами и никто не знал причин. Но, коли уж этот ужас добрался и до них, неизвестно, чего теперь можно ожидать. Ульрих мучительно думал, какие действия стоить предпринять, чтобы не допустить у себя хотя бы того опустошения, от чего безлюдели целые города, как можно уменьшить количество жертв.
Ожидая, пока его отряд, наконец, весь соберется, чтобы собраться в обратный путь, он устало думал, сколько же на него всего свалилось за всего один месяц с небольшим, такого значительного, чего ранее он не помнил в своей жизни в таком количестве. Еще на него свалилась Эрта. И ему казалось, что прямо с неба, как неосторожный ангел. Этому он был рад.
